Мою дочь зовут Саша. Сейчас она взрослая девчонка.

Она была очень болезненным ребёнком. И как – то раз у неё очень сильно заболело ушко и целый день и ночь она, не переставая плакала. Я был готов заплакать вместе с ней. Пытался рассказывать разные весёлые случаи, прочитал много детских книг.

Один случай ей понравился. Здесь отец, когда был мальчиком, тоже получал наказание. Запомнив ту историю, начинала кричать, что у неё боль в ухе. И вот перед вами мои истории. В основном они весёлые, которые повышали настроение грустной, заболевшей доченьке.

Когда случаи прекращались, я рассказывал о других отцах.

Нынче она уже взрослая и без труда прочитывает огромные, толщенные книги.

И вот первая история.

Мальчику – маленькому папе, вручили большой мячик, очень красивый. Чтобы купить его родители поехали в Москву. Весь двор нашего маленького городка восхищался его красотой.Он никому его не давал и его стали обзывать жадным мальчиком.

После двух дней, ребята поспорили, что мяч не сможет лопнуть, попав под машину. Я решил доказать, что всё будет не так. И бросив мяч, получил чёрные остатки. После этого все дома меня долго ругали.

Одно событие в детстве моего папы – посещение цирка. Ему запомнилось, что животные укрощались от взгляда. И попробовав в парке, маленькая собачка ухватила зубами за его живот. После многочисленных уколов от бешенства, ему не захотелось этим заниматься.

Папа обожал чтение. Но, так как он перестал гулять, у него пытались забирать книги. Он прятался везде и на сеновале. В итоге зрение совсем упало.

Дети любят рассказы своих родителей. Больше проводите время с детьми.

Картинка или рисунок Когда папа был маленьким

Другие пересказы и отзывы для читательского дневника

  • Краткое содержание Про это Маяковский
  • Краткое содержание Руссо Об общественном договоре

    Жан-Жак Руссо житель Женевы, человек из бедной семьи. Человек с высокими духовными чувствами, находил себя наедине с природой. Именно духовность, давала ему мысли силы писать свои работы

  • Краткое содержание Пигмалион Бернарда Шоу

    Данное произведение повествует о том, как двое специалистов по лингвистике научили правильному английскому произношению простую девушку, продающую цветы на улицах Лондона.

  • Краткое содержание Пантелеев Честное слово

    Однажды летом мужчина зашёл в сад, и зачитавшись, не заметил, как наступил вечер. Он поторопился выйти, пока сад не закрылся, и услышал какой-то шум. Прислушавшись, он понял, что где-то в кустах плачет ребёнок.

  • Краткое содержание Воздушный корабль Лермонтов

    В стихотворении Михаила Юрьевича Лермонтова «Воздушный корабль» рассказывается о волшебном корабле-призраке, который ежегодно в день смерти великого полководца и императора Наполеона причаливает к берегам острова

ДОРОГИЕ РЕБЯТА!

Яхочу рассказать вам, как родилась эта книжка. Вот ее история. У меня есть дочка Саша. Теперь она уже большая девочка. Она сама теперь часто говорит: «Когда я была маленькая…» Так вот, когда Саша была совсем маленькой, она много болела. То у нее был грипп, то ангина. А потом болели уши. Если у вас когда-нибудь было воспаление среднего уха, то вам не надо объяснять, как это больно. А если не было, то тоже не надо объяснять – вы этого никогда не поймете.

Однажды у Саши так болело ухо, что она плакала целые сутки и почти не могла спать. Мне было так жалко ее, что я сам чуть не плакал. И я читал ей разные книги или рассказывал смешные истории. И вот я рассказал ей о том, как я был маленьким и бросил свой новый мяч под машину. Саше очень понравилась эта история. Ей понравилось, что папа тоже был маленьким, тоже шалил и не слушался и его тоже наказывали. Она запомнила это. И теперь, как только у нее начинало стрелять в ухе, она сразу же кричала: «Папа, папа, у меня болит ухо! Скорей расскажи, как ты был маленьким!» И я рассказывал ей все, что вы сейчас прочтете. Я выбирал истории посмешнее: ведь нужно было развеселить больную девочку. И еще я старался, чтобы моя дочка поняла, как нехорошо быть жадным, хвастунишкой, зазнайкой. Но это вовсе не значит, что я сам всю жизнь был таким. Просто я старался вспоминать только такие случаи. А когда мне их не хватало, я брал их у других знакомых пап. Ведь каждый из них тоже был когда-то маленьким. Так что все эти истории не выдуманы мной, а были на самом деле.

Теперь Саша выросла. Она болеет меньше и сама читает большие, толстые книги.

Но я решил, что, может быть, другим ребятам тоже интересно узнать про то, как один папа был маленьким.

Вот и все, ребята, что я хотел сказать вам. Нет, еще одну вещь я скажу вам по секрету. У этой книги есть продолжение. Оно будет для каждого из вас свое. Ведь каждый папа может рассказать, как он был маленьким. И мама тоже. Я бы сам хотел их послушать.

Ну вот, теперь все. До свидания, ребята! Желаю вам счастья и здоровья.

Уважающий вас

А. Раскин

КАК ПАПА БРОСИЛ МЯЧ ПОД АВТОМОБИЛЬ

Когда папа был еще маленьким и жил в маленьком городе Павлово-Посаде, ему подарили большой мяч удивительной красоты. Этот мяч был как солнце. Нет, он был даже лучше солнца. Во-первых, на него можно было смотреть не щурясь. И он был ровно в четыре раза красивее солнца, потому что он был четырех цветов. А солнце ведь только одного цвета, да и тот трудно разглядеть. Один бок у мяча был розовый, как пастила, другой – коричневый, как самый вкусный шоколад. Верх был синий, как небо, а низ зеленый, как трава. Такого мяча еще никогда не видели в маленьком городе Павлово-Посаде. За ним специально ездили в Москву. Но я думаю, что и в Москве было мало таких мячей. На него приходили смотреть не только дети, но и взрослые.

– Вот это мяч!- говорили все.

И это был действительно прекрасный мяч. И папа очень гордился. Он вел себя так, как будто этот мяч он сам выдумал, сделал и раскрасил в четыре цвета. Когда папа гордо выходил на улицу играть своим прекрасным мячом, со всех сторон сбегались мальчишки.

– Ой, какой мяч! – говорили они. – Дай поиграть!

Но папа хватал свой мяч и говорил:

– Не дам! Это мой мяч! Ни у кого такого нет! Его привезли из Москвы! Отойдите! Не трогайте мой мяч!

И тогда мальчишки сказали:

– Эх ты, жадина!

Но папа все равно не дал им своего чудесного мяча. Он играл с ним один. А одному играть очень скучно. И жадный папа нарочно играл около мальчишек, чтобы они ему завидовали.

И тогда мальчишки сказали так:

– Он жадный. Не будем с ним водиться!

И два дня они с ним не водились. А на третий день сказали так:

– Мяч у тебя ничего. Это верно. Он большой и раскрашен здорово. Но, если бросить его под машину, он лопнет, как самый плохой черный мячик. Так что нечего так уж задирать нос.

– Мой мяч никогда не лопнет! – гордо сказал папа, который к тому времени так зазнался, как будто его самого выкрасили в четыре цвета.

– Еще как лопнет! – смеялись мальчишки.

– Нет, не лопнет!

– А вот идет машина, – сказали мальчишки. – Ну, что же ты? Бросай! Или испугался?

И маленький папа бросил свой мяч под машину. На минуту все замерли. Мяч прокатился между передними колесами и угодил под правое заднее колесо. Машина вся перекосилась, переехала мяч и помчалась дальше. А мяч остался лежать совершенно невредимым.

– Не лопнул! Не лопнул! – закричал папа и побежал к своему мячу. Но тут раздался такой шум, как будто выстрелили из маленькой пушки. Это лопнул мяч. И когда папа добежал до него, он увидел только пыльную резиновую тряпку, совсем некрасивую и неинтересную. И тогда папа заплакал и побежал домой. А мальчишки хохотали изо всех сил.

– Лопнул! Лопнул! – кричали они. – Так тебе и надо, жадина!

Когда папа прибежал домой и сказал, что сам бросил свой чудный новый мяч под машину, его сразу же отшлепала бабушка. Вечером пришел с работы дедушка и тоже отшлепал его.

При этом он говорил:

– Бью не за мяч, а за глупость.

И долго еще потом все удивлялись: как это можно было бросить такой хороший мяч под машину?

– Только очень глупый мальчик мог сделать это! – говорили все.

И долго еще все дразнили папу и спрашивали:

– А где же твой новый мяч?

И только один дядя не смеялся. Он попросил папу все рассказать ему с самого начала. Потом он сказал:

– Нет, ты не глупый!

И папа очень обрадовался.

– Но зато ты жадный и хвастливый, – сказал дядя. – И это очень печально для тебя. Тот, кто хочет один играть со своим мячиком, всегда остается ни с чем. Так бывает и у детей, и у взрослых. Так будет и у тебя всю жизнь, если ты останешься таким же.

И тогда папа очень испугался, и заплакал изо всех сил, и сказал, что он не хочет быть жадным и хвастливым. Он плакал так долго и так громко, что дядя поверил ему и купил новый мяч. Правда, он был не так красив. Но зато все соседские мальчишки играли этим мячом. И было весело, и никто не дразнил папу жадиной.

КАК ПАПА УКРОЩАЛ СОБАЧКУ

Когда папа был еще маленьким, его повели в цирк. Это было очень интересно. Особенно ему понравился укротитель диких зверей. Он очень красиво одевался, очень красиво назывался, и его боялись все львы и тигры. У него был хлыст и пистолеты, но он ими почти не пользовался.

– И звери боятся моих глаз! – заявлял он с арены. – Мой взгляд – вот мое самое сильное оружие! Дикий зверь не выносит человеческого взгляда!

И правда, стоило ему посмотреть на льва, и тот садился на тумбу, прыгал на бочку и даже притворялся мертвым, не вынося его взгляда.

Оркестр играл туш, зрители хлопали в ладоши, все смотрели на укротителя, а он прижимал руки к сердцу и кланялся во все стороны. Это было великолепно! И папа решил, что он тоже станет укротителем. Для начала он задумал укротить своим взглядом какого-нибудь не очень дикого зверя. Ведь папа был еще маленький. Он понимал, что такие крупные звери, как лев и тигр, ему еще не по зубам. Начинать надо с собаки и, конечно, не очень большой, потому что большая собака – это уже почти маленький лев. А вот собака поменьше как раз пригодилась бы.

Эрих Кестнер

КОГДА Я БЫЛ МАЛЕНЬКИМ

Уроки Эриха Кестнера

Эрих Кестнер был чуть старше нашего века: он родился 23 февраля 1899 года, и об обстоятельствах, сопутствовавших этому событию, сам подробно и с юмором поведал в автобиографической книге «Когда я был маленьким». Нет надобности рассказывать читателям о его детских годах, учебе и семье: они имеют возможность из первых рук, от самого Кестнера узнать даже об отдаленных его предках и родственниках, об отце, шорнике и седельщике, которому пришлось со временем оставить собственное дело и наняться рабочим на чемоданную фабрику, о матери-парикмахерше, которая «день-деньской работает», «завивает щипцами волосы», чтобы сын мог получить образование. Процитированные слова, впрочем, взяты из повести «Эмиль и сыщики» - здесь, как и во многих других книгах писателя, тоже найдется немало автобиографического. Разве, читая описание поездки Эмиля на конке, мы не вспоминаем такую же (а может, ту же самую) конку, на которой ездил в детстве сам Кестнер? И, может, делая своего Максика, «мальчика из спичечной коробки», членом гимнастического союза Пихельштайна, писатель вспомнил себя, шестилетнего, пришедшего к старшим на занятия гимнастического общества? Фабиан, герой одноименного романа, уже взрослым человеком, в Берлине, получает от матери письмо. «Помнишь ли ты еще, - пишет мать, - как мы брали рюкзаки и отправлялись в путь?» Конечно, помнит, как помнил сам Кестнер (и описывал полвека спустя) свои собственные путешествия с матушкой. Он вообще был из тех, для кого память детства не просто дорога, но жизненно насущна: именно она, по его убеждению, позволяет человеку сохранять и поддерживать лучшее, драгоценнейшее в себе.

Роман «Фабиан», тоже в чем-то автобиографичный, может дать представление о годах позднейшей, послевоенной жизни писателя. Но о них потом. Повесть «Когда я был маленьким» завершается событиями августа 1914 года. «Началась мировая война, и кончилось мое детство». Исторический рубеж не просто совпал с возрастным. Для миллионов европейцев именно с этой даты, говоря словами поэта, начинался «не календарный - Настоящий Двадцатый Век». Уже постаревший, много переживший писатель с иронией и грустью вспоминает о последних мирных годах, о «беззаботных каникулах», об опереточных правителях и войсковых парадах, напоминавших цирковые представления. С иронией, потому что зерна будущих грозных событий зрели уже под видимостью внешнего благополучия: история предъявила жестокий счет тем, у кого не хватило проницательности и ответственности вовремя «снять с носа» розовые очки. С грустью, потому что после пережитых испытаний многие, даже самые язвительные и трезвые критики эпохи поневоле ощущали нечто вроде ностальгии, оглядываясь на ту безвозвратную пору.

В 1917 году, не успев закончить учительской семинарии, Эрих Кестнер был призван на военную службу. Он вернулся домой уже в 1919 году, после революции, свергнувшей в Германии монархию, собирался сдать учительский экзамен, но в последний момент передумал (о причинах писатель рассказывает в той же книге воспоминаний) и решил продолжить образование в университете. В Берлине, Ростоке, Лейпциге он изучал германистику, написал диссертацию «Возражения на статью Фридриха Великого „De la litterature allemande“» и все более убеждался, что подлинное его призвание - литература.

Первые стихи Кестнера появились в печати еще в 1920 году, в сборнике студенческих работ, но никем тогда замечены не были. Для заработка он начал сотрудничать в газетах, писал репортажи, рецензии, политические фельетоны, сатирические стихи. После скандала, вызванного публикацией одного из таких стихотворений, Кестнер вынужден был прекратить сотрудничество в леволиберальной газете «Нойе ляйпцигер цайтунг» и переехать в Берлин. Уже тогда сложились некоторые его рабочие привычки: он предпочитал, например, писать не дома, а в кафе, где надолго становился постоянным клиентом. Сложились и многие черты его литературного стиля; они со всей яркостью проявились в первом стихотворном сборнике Кестнера «Сердце на талии», который вышел в 1928 году и сразу же принес ему шумный успех.


Нам сейчас, пожалуй, даже трудно понять, почему эти стихи в свое время были так бурно встречены. Этого не объяснить одними лишь их поэтическими достоинствами. Они оказались на редкость созвучны веяниям времени - Кестнер удовлетворил ожидания читающей публики. «Это поэт, представляющий наше поколение, - писал один из тогдашних критиков. - Поэзия нашего времени не может звучать иначе… Рифмованные строки Кестнера были у всех на устах». Афористичные, четкие по форме, они входили в повседневный обиход, звучали с эстрад, становились крылатыми выражениями.

Мы знаем, что это было за время для Германии, читали о нем в романах Фаллады, Ремарка и многих других писателей. Время послевоенной инфляции и безработицы, массовых разорений и внезапных обогащений, время, когда среди идейной сумятицы, спекулируя на возрастающем недовольстве, обострении социальных противоречий, питаясь реваншистскими, милитаристскими, националистическими настроениями, все наглей поднимал голову фашизм.

Кестнер пишет обо всем этом. О безработных и жиреющих богачах, о самоубийцах и гибнущих детях, о драмах, что разыгрываются за стенами внешне благопристойных домов, в меблированных комнатах. Пишет с горечью, порой с вызывающей откровенностью, не боясь оскорбить чувствительный слух. В критике его поспешили отнести к направлению так называемого «лирического цинизма», по каким-то признакам сближая то с Брехтом, то с Тухольским; но гораздо очевидней, пожалуй, преемственная связь Кестнера с традициями гейневской иронии. Эта ирония переходит в сарказм, когда он обрушивается на обывательскую мораль, лживый пафос проповедников милитаризма и реакции («Ты знаешь край, где расцветают пушки»).

Многие темы этих первых стихов звучат и в наиболее знаменитом его романе «Фабиан» (1931). Герой романа еще полон воспоминаниями о войне. «По провинциям рассеяно множество уединенных домов, где все еще лежат искалеченные солдаты. Мужчины без рук и ног. Мужчины с устрашающе изуродованными лицами, без носа, без рта. Больничные сестры, которых ничем уже не испугаешь, вводят этим несчастным пищу через стеклянные трубочки, которые они вставляют в зарубцевавшееся отверстие, там, где некогда был рот. Рот, который смеялся, говорил, кричал».

Фабиан, молодой человек с университетским образованием, вынужден сочинять стихи для рекламной фирмы, но вдруг оказывается без работы. Мы следим за его странствиями по Берлину середины 20-х годов, наблюдаем сцены безотрадной жизни, моральной деградации. «Волшебный дар - видеть сквозь стены и занавешенные окна - сущая ерунда в сравнении со способностью стойко перенести увиденное», - замечает автор. Он называет своего героя «моралистом», и не без оснований: среди окружающей пошлости и грязи Фабиан ухитряется сохранить четкость нравственных критериев, достоинство и принципиальность. Он, несомненно, близок самому Кестнеру. Но, как и Кестнер, остро чувствуя неблагополучие, веяние надвигающейся катастрофы, не знает, что делать, как изменить жизнь.

ДОРОГИЕ РЕБЯТА!

Яхочу рассказать вам, как родилась эта книжка. Вот ее история. У меня есть дочка Саша. Теперь она уже большая девочка. Она сама теперь часто говорит: «Когда я была маленькая…» Так вот, когда Саша была совсем маленькой, она много болела. То у нее был грипп, то ангина. А потом болели уши. Если у вас когда-нибудь было воспаление среднего уха, то вам не надо объяснять, как это больно. А если не было, то тоже не надо объяснять – вы этого никогда не поймете.

Однажды у Саши так болело ухо, что она плакала целые сутки и почти не могла спать. Мне было так жалко ее, что я сам чуть не плакал. И я читал ей разные книги или рассказывал смешные истории. И вот я рассказал ей о том, как я был маленьким и бросил свой новый мяч под машину. Саше очень понравилась эта история. Ей понравилось, что папа тоже был маленьким, тоже шалил и не слушался и его тоже наказывали. Она запомнила это. И теперь, как только у нее начинало стрелять в ухе, она сразу же кричала: «Папа, папа, у меня болит ухо! Скорей расскажи, как ты был маленьким!» И я рассказывал ей все, что вы сейчас прочтете. Я выбирал истории посмешнее: ведь нужно было развеселить больную девочку. И еще я старался, чтобы моя дочка поняла, как нехорошо быть жадным, хвастунишкой, зазнайкой. Но это вовсе не значит, что я сам всю жизнь был таким. Просто я старался вспоминать только такие случаи. А когда мне их не хватало, я брал их у других знакомых пап. Ведь каждый из них тоже был когда-то маленьким. Так что все эти истории не выдуманы мной, а были на самом деле.

Теперь Саша выросла. Она болеет меньше и сама читает большие, толстые книги.

Но я решил, что, может быть, другим ребятам тоже интересно узнать про то, как один папа был маленьким.

Вот и все, ребята, что я хотел сказать вам. Нет, еще одну вещь я скажу вам по секрету. У этой книги есть продолжение. Оно будет для каждого из вас свое. Ведь каждый папа может рассказать, как он был маленьким. И мама тоже. Я бы сам хотел их послушать.

Ну вот, теперь все. До свидания, ребята! Желаю вам счастья и здоровья.

Уважающий вас

А. Раскин

КАК ПАПА БРОСИЛ МЯЧ ПОД АВТОМОБИЛЬ

Когда папа был еще маленьким и жил в маленьком городе Павлово-Посаде, ему подарили большой мяч удивительной красоты. Этот мяч был как солнце. Нет, он был даже лучше солнца. Во-первых, на него можно было смотреть не щурясь. И он был ровно в четыре раза красивее солнца, потому что он был четырех цветов. А солнце ведь только одного цвета, да и тот трудно разглядеть. Один бок у мяча был розовый, как пастила, другой – коричневый, как самый вкусный шоколад. Верх был синий, как небо, а низ зеленый, как трава. Такого мяча еще никогда не видели в маленьком городе Павлово-Посаде. За ним специально ездили в Москву. Но я думаю, что и в Москве было мало таких мячей. На него приходили смотреть не только дети, но и взрослые.

– Вот это мяч!- говорили все.

И это был действительно прекрасный мяч. И папа очень гордился. Он вел себя так, как будто этот мяч он сам выдумал, сделал и раскрасил в четыре цвета. Когда папа гордо выходил на улицу играть своим прекрасным мячом, со всех сторон сбегались мальчишки.

– Ой, какой мяч! – говорили они. – Дай поиграть!

Но папа хватал свой мяч и говорил:

– Не дам! Это мой мяч! Ни у кого такого нет! Его привезли из Москвы! Отойдите! Не трогайте мой мяч!

И тогда мальчишки сказали:

– Эх ты, жадина!

Но папа все равно не дал им своего чудесного мяча. Он играл с ним один. А одному играть очень скучно. И жадный папа нарочно играл около мальчишек, чтобы они ему завидовали.

И тогда мальчишки сказали так:

– Он жадный. Не будем с ним водиться!

И два дня они с ним не водились. А на третий день сказали так:

– Мяч у тебя ничего. Это верно. Он большой и раскрашен здорово. Но, если бросить его под машину, он лопнет, как самый плохой черный мячик. Так что нечего так уж задирать нос.

– Мой мяч никогда не лопнет! – гордо сказал папа, который к тому времени так зазнался, как будто его самого выкрасили в четыре цвета.

– Еще как лопнет! – смеялись мальчишки.

– Нет, не лопнет!

– А вот идет машина, – сказали мальчишки. – Ну, что же ты? Бросай! Или испугался?

И маленький папа бросил свой мяч под машину. На минуту все замерли. Мяч прокатился между передними колесами и угодил под правое заднее колесо. Машина вся перекосилась, переехала мяч и помчалась дальше. А мяч остался лежать совершенно невредимым.

– Не лопнул! Не лопнул! – закричал папа и побежал к своему мячу. Но тут раздался такой шум, как будто выстрелили из маленькой пушки. Это лопнул мяч. И когда папа добежал до него, он увидел только пыльную резиновую тряпку, совсем некрасивую и неинтересную. И тогда папа заплакал и побежал домой. А мальчишки хохотали изо всех сил.

– Лопнул! Лопнул! – кричали они. – Так тебе и надо, жадина!

Когда папа прибежал домой и сказал, что сам бросил свой чудный новый мяч под машину, его сразу же отшлепала бабушка. Вечером пришел с работы дедушка и тоже отшлепал его.

При этом он говорил:

– Бью не за мяч, а за глупость.

И долго еще потом все удивлялись: как это можно было бросить такой хороший мяч под машину?

– Только очень глупый мальчик мог сделать это! – говорили все.

И долго еще все дразнили папу и спрашивали:

– А где же твой новый мяч?

И только один дядя не смеялся. Он попросил папу все рассказать ему с самого начала. Потом он сказал:

– Нет, ты не глупый!

И папа очень обрадовался.

– Но зато ты жадный и хвастливый, – сказал дядя. – И это очень печально для тебя. Тот, кто хочет один играть со своим мячиком, всегда остается ни с чем. Так бывает и у детей, и у взрослых. Так будет и у тебя всю жизнь, если ты останешься таким же.

И тогда папа очень испугался, и заплакал изо всех сил, и сказал, что он не хочет быть жадным и хвастливым. Он плакал так долго и так громко, что дядя поверил ему и купил новый мяч. Правда, он был не так красив. Но зато все соседские мальчишки играли этим мячом. И было весело, и никто не дразнил папу жадиной.

КАК ПАПА УКРОЩАЛ СОБАЧКУ

Когда папа был еще маленьким, его повели в цирк. Это было очень интересно. Особенно ему понравился укротитель диких зверей. Он очень красиво одевался, очень красиво назывался, и его боялись все львы и тигры. У него был хлыст и пистолеты, но он ими почти не пользовался.

– И звери боятся моих глаз! – заявлял он с арены. – Мой взгляд – вот мое самое сильное оружие! Дикий зверь не выносит человеческого взгляда!

И правда, стоило ему посмотреть на льва, и тот садился на тумбу, прыгал на бочку и даже притворялся мертвым, не вынося его взгляда.

Оркестр играл туш, зрители хлопали в ладоши, все смотрели на укротителя, а он прижимал руки к сердцу и кланялся во все стороны. Это было великолепно! И папа решил, что он тоже станет укротителем. Для начала он задумал укротить своим взглядом какого-нибудь не очень дикого зверя. Ведь папа был еще маленький. Он понимал, что такие крупные звери, как лев и тигр, ему еще не по зубам. Начинать надо с собаки и, конечно, не очень большой, потому что большая собака – это уже почти маленький лев. А вот собака поменьше как раз пригодилась бы.

ДОРОГИЕ РЕБЯТА!

Я хочу рассказать вам, как родилась эта книжка. Вот ее история. У меня есть дочка Саша. Теперь она уже большая девочка. Она сама теперь часто говорит: «Когда я была маленькая…» Так вот, когда Саша была совсем маленькой, она много болела. То у нее был грипп, то ангина. А потом болели уши. Если у вас когда-нибудь было воспаление среднего уха, то вам не надо объяснять, как это больно. А если не было, то тоже не надо объяснять – вы этого никогда не поймете.

Однажды у Саши так болело ухо, что она плакала целые сутки и почти не могла спать. Мне было так жалко ее, что я сам чуть не плакал. И я читал ей разные книги или рассказывал смешные истории. И вот я рассказал ей о том, как я был маленьким и бросил свой новый мяч под машину. Саше очень понравилась эта история. Ей понравилось, что папа тоже был маленьким, тоже шалил и не слушался и его тоже наказывали. Она запомнила это. И теперь, как только у нее начинало стрелять в ухе, она сразу же кричала: «Папа, папа, у меня болит ухо! Скорей расскажи, как ты был маленьким!» И я рассказывал ей все, что вы сейчас прочтете. Я выбирал истории посмешнее: ведь нужно было развеселить больную девочку. И еще я старался, чтобы моя дочка поняла, как нехорошо быть жадным, хвастунишкой, зазнайкой. Но это вовсе не значит, что я сам всю жизнь был таким. Просто я старался вспоминать только такие случаи. А когда мне их не хватало, я брал их у других знакомых пап. Ведь каждый из них тоже был когда-то маленьким. Так что все эти истории не выдуманы мной, а были на самом деле.

Теперь Саша выросла. Она болеет меньше и сама читает большие, толстые книги.

Но я решил, что, может быть, другим ребятам тоже интересно узнать про то, как один папа был маленьким.

Вот и все, ребята, что я хотел сказать вам. Нет, еще одну вещь я скажу вам по секрету. У этой книги есть продолжение. Оно будет для каждого из вас свое. Ведь каждый папа может рассказать, как он был маленьким. И мама тоже. Я бы сам хотел их послушать.

Ну вот, теперь все. До свидания, ребята! Желаю вам счастья и здоровья.

Уважающий вас

А. Раскин

КАК ПАПА БРОСИЛ МЯЧ ПОД АВТОМОБИЛЬ

Когда папа был еще маленьким и жил в маленьком городе Павлово-Посаде, ему подарили большой мяч удивительной красоты. Этот мяч был как солнце. Нет, он был даже лучше солнца. Во-первых, на него можно было смотреть не щурясь. И он был ровно в четыре раза красивее солнца, потому что он был четырех цветов. А солнце ведь только одного цвета, да и тот трудно разглядеть. Один бок у мяча был розовый, как пастила, другой – коричневый, как самый вкусный шоколад. Верх был синий, как небо, а низ зеленый, как трава. Такого мяча еще никогда не видели в маленьком городе Павлово-Посаде. За ним специально ездили в Москву. Но я думаю, что и в Москве было мало таких мячей. На него приходили смотреть не только дети, но и взрослые.

– Вот это мяч!- говорили все.

И это был действительно прекрасный мяч. И папа очень гордился. Он вел себя так, как будто этот мяч он сам выдумал, сделал и раскрасил в четыре цвета. Когда папа гордо выходил на улицу играть своим прекрасным мячом, со всех сторон сбегались мальчишки.

– Ой, какой мяч! – говорили они. – Дай поиграть!

Но папа хватал свой мяч и говорил:

– Не дам! Это мой мяч! Ни у кого такого нет! Его привезли из Москвы! Отойдите! Не трогайте мой мяч!

И тогда мальчишки сказали:

– Эх ты, жадина!

Но папа все равно не дал им своего чудесного мяча. Он играл с ним один. А одному играть очень скучно. И жадный папа нарочно играл около мальчишек, чтобы они ему завидовали.

И тогда мальчишки сказали так:

– Он жадный. Не будем с ним водиться!

И два дня они с ним не водились. А на третий день сказали так:

– Мяч у тебя ничего. Это верно. Он большой и раскрашен здорово. Но, если бросить его под машину, он лопнет, как самый плохой черный мячик. Так что нечего так уж задирать нос.

– Мой мяч никогда не лопнет! – гордо сказал папа, который к тому времени так зазнался, как будто его самого выкрасили в четыре цвета.

– Еще как лопнет! – смеялись мальчишки.

– Нет, не лопнет!

– А вот идет машина, – сказали мальчишки. – Ну, что же ты? Бросай! Или испугался?

И маленький папа бросил свой мяч под машину. На минуту все замерли. Мяч прокатился между передними колесами и угодил под правое заднее колесо. Машина вся перекосилась, переехала мяч и помчалась дальше. А мяч остался лежать совершенно невредимым.

– Не лопнул! Не лопнул! – закричал папа и побежал к своему мячу. Но тут раздался такой шум, как будто выстрелили из маленькой пушки. Это лопнул мяч. И когда папа добежал до него, он увидел только пыльную резиновую тряпку, совсем некрасивую и неинтересную. И тогда папа заплакал и побежал домой. А мальчишки хохотали изо всех сил.

– Лопнул! Лопнул! – кричали они. – Так тебе и надо, жадина!

Когда папа прибежал домой и сказал, что сам бросил свой чудный новый мяч под машину, его сразу же отшлепала бабушка. Вечером пришел с работы дедушка и тоже отшлепал его.

При этом он говорил:

– Бью не за мяч, а за глупость.

И долго еще потом все удивлялись: как это можно было бросить такой хороший мяч под машину?

– Только очень глупый мальчик мог сделать это! – говорили все.

И долго еще все дразнили папу и спрашивали:

– А где же твой новый мяч?

И только один дядя не смеялся. Он попросил папу все рассказать ему с самого начала. Потом он сказал:

– Нет, ты не глупый!

И папа очень обрадовался.

– Но зато ты жадный и хвастливый, – сказал дядя. – И это очень печально для тебя. Тот, кто хочет один играть со своим мячиком, всегда остается ни с чем. Так бывает и у детей, и у взрослых. Так будет и у тебя всю жизнь, если ты останешься таким же.

И тогда папа очень испугался, и заплакал изо всех сил, и сказал, что он не хочет быть жадным и хвастливым. Он плакал так долго и так громко, что дядя поверил ему и купил новый мяч. Правда, он был не так красив. Но зато все соседские мальчишки играли этим мячом. И было весело, и никто не дразнил папу жадиной.

КАК ПАПА УКРОЩАЛ СОБАЧКУ

Когда папа был еще маленьким, его повели в цирк. Это было очень интересно. Особенно ему понравился укротитель диких зверей. Он очень красиво одевался, очень красиво назывался, и его боялись все львы и тигры. У него был хлыст и пистолеты, но он ими почти не пользовался.

– И звери боятся моих глаз! – заявлял он с арены. – Мой взгляд – вот мое самое сильное оружие! Дикий зверь не выносит человеческого взгляда!

И правда, стоило ему посмотреть на льва, и тот садился на тумбу, прыгал на бочку и даже притворялся мертвым, не вынося его взгляда.

Оркестр играл туш, зрители хлопали в ладоши, все смотрели на укротителя, а он прижимал руки к сердцу и кланялся во все стороны. Это было великолепно! И папа решил, что он тоже станет укротителем. Для начала он задумал укротить своим взглядом какого-нибудь не очень дикого зверя. Ведь папа был еще маленький. Он понимал, что такие крупные звери, как лев и тигр, ему еще не по зубам. Начинать надо с собаки и, конечно, не очень большой, потому что большая собака – это уже почти маленький лев. А вот собака поменьше как раз пригодилась бы.

И такой случай вскоре представился.

В маленьком городе Павлово-Посаде был маленький городской сад. Теперь там большой парк культуры и отдыха, но ведь это было очень давно. В этот сад бабушка пошла гулять с маленьким папой. Папа играл, бабушка читала книжку, а неподалеку сидела нарядная дама с собачкой. Дама тоже читала книгу. А собачка была маленькая, беленькая, с большими черными глазами. Этими большими черными глазами она смотрела на маленького папу так, как будто говорила ему: «Я очень хочу укрощаться! Пожалуйста, мальчик, укроти меня. Я совершенно не выношу человеческого взгляда!»