Книга «Архив Буресвета — книга 5. Ветер и Правда. Том 1», автор — Брендон Сандерсон. — стр.10
Преисподняя! Буреотец недоволен.
Гавилар вдруг ощутил ужасную несправедливость происходящего. Он тут пьет эту отвратительную пародию на вино, чтобы соблюсти нелепые Заповеди, лезет из кожи вон, демонстрируя все мыслимые проявления благочестия, и все равно этого мало?!
– Чем я могу услужить? – спросил Гавилар.
«Ты не понимаешь, – ответил Буреотец. – Это не те Слова».
– И какие тогда те, шквал побери?! – воскликнул Гавилар, грохнув бокалом о стол.
Стекло разбилось. Вино выплеснулось на стену.
– Ты хочешь, чтобы я спас эту планету? Так помоги мне! Скажи, что́ я говорю не так!
«Дело не в том, что́ ты говоришь».
– Но…
Вдруг Буреотец покачнулся. Его мерцающую фигуру пронзила молния, озарив комнату электрическим сиянием. Ковры посинели от инея. В стеклянных дверях балкона отразился чистый свет.
Буреотец вскрикнул. Звук напоминал раскат грома, полный боли.
– Что? – спросил Гавилар, отступая. – Что случилось?
«Вестник… Умер Вестник… Нет! Я не готов… Клятвенный договор… Нет! Они не должны видеть. Не должны знать…»
– Умер? – повторил Гавилар. – Умер. Ты говорил, они уже мертвы! Говорил, они в Преисподней!
Буреотец пошел рябью. В центре мерцания сформировалось лицо. Два глаза, словно провалы в буре. Вокруг них закручивались спиралями тучи, уводя куда-то вглубь.
– Ты солгал, – произнес Гавилар. – Солгал?
«О Гавилар! Ты многого не знаешь. Делаешь столько предположений. И одно никак не сходится с другим. Как дороги, ведущие к разным городам».
Эти глаза будто тянули Гавилара к себе, подавляли, поглощали. Он… видел бури, бесконечные бури, и мир казался таким хрупким. Крошечное голубое пятнышко на бескрайнем черном холсте.
Буреотец способен лгать?
– Рестарес, – прошептал Гавилар. – Он… действительно Вестник?
«Да».
Гавилар похолодел, словно стоял посреди Великой бури и ее ледяное дыхание пробиралось под кожу. К сердцу. Эти глаза…
– Что ты такое? – прохрипел король.
«Величайший дурень из всех, – ответил Буреотец. – Прощай, Гавилар. Я мельком увидел грядущее».
– Что? Что грядет?
«Твое наследие».
Дверь распахнулась.
Вбежал Тороль Садеас, красный от напряжения.
– Убийца, – выдохнул он, жестом веля войти Тириму в доспехе. – Идет сюда, крошит стражу. Тебе нужно надеть доспех. Тирим, снимай. Надо защитить короля.
Гавилар ошеломленно посмотрел на Садеаса.
В его сознание прорвалось одно слово.
«Убийца».
«Меня предали», – подумал он и обнаружил, что мысль не вызывает удивления. Кто-то обязан был явиться по его душу.
Вот только кто?
– Гавилар! – рявкнул Садеас. – Надевай доспех! Убийца близко!
– Тороль, Тирим в состоянии сразиться с ним, – сказал Гавилар. – Что такое один убийца?
– Этот положил уже несколько десятков человек, – ответил Садеас. – На всякий случай тебе нужно облачиться в доспех. Я мог бы предложить свой, но мои бронники еще только идут.
– Ты притащил доспех на пир?
– Разумеется. Я не доверяю этим паршенди. Тебе стоило бы последовать моему примеру. Излишняя доверчивость однажды тебя погубит.
Вдалеке послышались крики. Тирим, как всегда безотказно верный, принялся снимать доспех, чтобы передать королю.
– Слишком долго, – заметил Садеас. – Надо выгадать время. Отдай мне мантию.
Гавилар помедлил.
– Ты на это пойдешь? – спросил он, встретившись с другом глазами.
– Гавилар, я потратил слишком много сил на то, чтобы посадить тебя на этот трон, – мрачно сказал Садеас. – И не допущу, чтобы все пошло прахом.
– Спасибо, – произнес Гавилар.
Садеас пожал плечами, натягивая мантию, пока Тирим помогал королю облачиться в броню.
Кем бы ни был этот убийца, с носителем осколков ему не тягаться.
Гавилар бросил взгляд туда, где прежде находился Буреотец, но мерцание исчезло.
Спрены не лгут. Не могут. Он узнал об этом… от Буреотца.
«Кровь отцов моих… – подумал Гавилар, когда латы обхватили его ноги. – О чем еще он мне солгал?»
* * *
Гавилар падал.
Падая, понимал, что это конец. Вот он и настал.
Прерванное наследие.
Убийца двигался с нечеловеческой грацией, ходил по стенам и потолку, повелевал светом, истекавшим из самих бурь.