Книга «Эндорфин», автор — Лана Мейер. — стр.3
Между нами возникает слишком долгая и напряженная тишина, охрана встает между мной и Эвой.
Я вижу, как что-то мелькает в её глазах – секундная заминка, микровыражение, которое она не успевает скрыть.
Страх. Или вина. Возможно, черт возьми, я себе придумываю…
А потом маска возвращается на ее черты, и вот она снова обеспокоенная подруга, абсолютно не понимающая, о чём речь.
– Мия, ты просто в шоке, – говорит она мягко, тянет руку ко мне. – Давай я отвезу тебя… тебе нужна поддержка по-настоящему близкого человека, а не своры бездушной охраны.
– Не трогай меня. Я больше не уверена, что могу тебе доверять.
– Это он промыл тебе мозги, да?
Она отдёргивает руку, словно я ее обожгла. Мы стоим, глядя друг на друга, и в воздухе висит невысказанное обвинение.
– Очнись, Мия! – голос Эвелины становится резче. – Ты думаешь, я… что?! Подстроила нападение? Серьёзно?!
Она делает шаг ближе, и я вижу, как лицо меняется и из обеспокоенного становится почти обиженным.
– Я была рядом, когда ты потеряла ребёнка, – произносит она тише, но каждое слово звучит для меня как удар хлыста. – Я держала твою руку в больнице, когда врачи сказали, что он не выжил. Я сидела с тобой ночами, когда ты не могла перестать плакать. Я была там. Где были все остальные? Никого не было рядом, только я. Как ты смеешь меня обвинять после этого.
Что-то дрогнуло внутри: словно она провела ледяным лезвием по моим старым шрамам и распорола их. Она права.
– Это не ответ на мой вопрос, – говорю я, и голос не дрожит больше. – Ты была в том кафе. Ты позвала меня туда. И женщина с кислотой появилась там не случайно. Я видела твое лицо…
– Я была в шоке! Не знаю, что ты там увидела на моем лице, но я точно не желаю тебе зла! – бросает Эвелина быстро. – Мия, послушай себя! Ты параноишь!
– Может быть, – киваю я. – А может, на это есть реальная причина.
Эва открывает рот, чтобы ответить, но тут в лобби входит Николь и быстро направляется к нам.
Эта непоколебимая блондинка как всегда очень спокойная и собранная: на ее фигуре красуется черное кашемировое пальто, волосы идеально уложены, лицо остается невозмутимым и слегка строгим.
Она быстро окидывает взглядом развернувшуюся перед ней сцену: меня дрожащую посреди лобби; Эвелину, застывшую в защитной позе; охрану, нервно переминающуюся в стороне.
– Мы уезжаем, – произносит Николь коротко и даже не обращается к кому-то конкретно, а просто констатирует факт.
Ассистентка Дэймоса подходит ко мне, медленно кладёт руку на спину, лёгким прикосновением направляя меня, но не оказывая давления.
Эвелина делает шаг вперёд.
– Подожди, я могу…
– Нет, – обрывает Ника, и в ее голосе звенит лёд. – Не можешь. Оставь ее в покое, пока я не приказала охране выставить границу более жёстким образом, – «адвокат дьявола» поворачивается к ней, и я вижу, как Эвелина сжимается под этим взглядом.
– Отойди, – бросает Николь тихо, но в тоне столько власти, что Эвелина послушно делает шаг назад. Николь ведёт меня к выходу. Я иду не оглядываясь, но слышу шаги за спиной.
– Мия! – раздается мне вслед голос Эвелины. Такой отчаянный, почти умоляющий.
Я останавливаюсь и оборачиваюсь на человека, который реально поддерживал меня в самые трудные жизни.
Она стоит посреди лобби, и лицо её выражает странную смесь страха и чего-то ещё. Сожаления? Или расчёта?
– Посмотри на него трезво, – шепчет она, и голос эхом отдаётся в пустом пространстве. – Дэймос Форд. Посмотри, кто он на самом деле. Он тебя сломает. Пережует и выплюнет.
Я хочу ответить, но Николь тянет меня дальше, и мы выходим через двойные двери на достаточно прохладный воздух. Стоит отдать должное охране: мне уже принесли теплейшие угги, и мои ноги мгновенно согрелись натуральной шерстью.
Последнее, что я вижу, слегка обернувшись, это Эвелина, всё ещё стоящая в лобби, смотрящая нам вслед жалобным, почти слезливым взором. Но я больше не уверена ни в ком. Может ли предать тот, кого ты считал близким?
Смешной вопрос.
Кайс хотел детей больше жизни – и столкнул меня с лестницы на седьмом месяце.
Дэймос обещал безопасность – и чуть не сломал меня.
Эвелина клялась в дружбе – и, возможно, подставила меня под удар.
Все мы носим маски. И единственная правда, которую я усвоила: доверять нельзя никому. Даже себе.
ГЛАВА 2
Мия
Квартира Николь встречает меня приятной тишиной.
Не пустой, не той, что давит на барабанные перепонки. А глубокой, мягкой и обволакивающей, как горячее какао из автомата, которое она готовит мне, едва я переступаю порог.
– Сядь, – мягко шепчет она, и это не приказ, а теплая просьба.