Эта книга входит в серию: «Искушение»

По телу проносится заряд электрического тока от столкновения взглядов. Его – глубокий и измождённый, мой – напряжённый и до ужаса внимательный.

Я не знаю, узнаёт ли он меня или пялится, потому что больше не на кого смотреть?

– Ещё? – неловко уточняю, смутившись от пристального внимания.

– Где… я? – наконец выдавливает таким слабым голосом, что я едва его слышу.

– На Аляске, – отвечаю, борясь со вздымающейся от волнения грудной клеткой. – Ты в безопасности, – спешно добавляю, чтобы пациент не разнервничался.

Джон напрягает мышцы, можно подумать пытается пошевелиться, но тут же хмурится – тело его не слушается.

– Всё нормально, – делаю нервный взмах рукой, спеша объясниться. – Ты долго был без сознания. Организму нужно время для восстановления.

– Сколько?

Непроизвольно сглотнув, вдруг чувствую, поднимающийся тошнотворный ком к горлу. Становится жутко стыдно.

Я ныла и проклинала брата за то, что оказалась в этом месте, но кто здесь главная жертва? В первую очередь у Джона отняли нормальное существование и лишили права выбора. Только мне за нахождение на Аляске пообещали свободу, а ему?

– Долго, – еле заметно киваю головой в подтверждении слов, не желая говорить более точно.

– Делла… не юли, – не взирая на состояние, видит, что я увиливаю от ответа.

– Почти два месяца, – сухо констатирую факт, потупив взгляд.

Грей молчит. Ничего не отвечает, переваривая услышанные новости. Для него произошедшее нападение было буквально последним воспоминанием, словно это произошло вчера. Ему необходимо осмыслить, принять и свыкнуться с услышанным.

– Два месяца… – повторяет сиплым голосом, подтверждая мои мысли.

Молча киваю, не зная, что ещё добавить. Да уж, особо общительной и добродушной меня не назовёшь.

Но я же не психолог и заботиться о ментальном здоровье Джона не обязана!

– Чёрт… Как?

Что «как»? Как выжил? Как здесь оказался?

– Долгая история, – осторожничаю, решая не ударяться в красочные подробности. – Думаю, это должен рассказать тебе сам Артём.

– Артём?

– Ты здесь из-за него, – откладываю ложку, которую всё это время держала в руках, на тумбочку. – Или благодаря ему. Это уже тебе решать, с какой стороны смотреть на ситуацию.

– Князев… заказал меня? – на мужском лице эмоции сменяются, как картинки в калейдоскопе: от растерянности до гнева и недоумения.

– Чего?! Конечно нет! – уставившись на Грея, не могу поверить, что он пришёл к такому ошибочному выводу. – Благодаря Артёму ты, вообще-то, жив!

Без понятия, какого чёрта, но предположение о том, что именно мой брат мог устроить покушение, кажется оскорбительным.

– Не понимаю… – смотря в потолок, Грей делает несколько глубоких вдохов и выдохов. – Дай ещё воды.

«Конечно, господин!» – язвит проснувшаяся внутренняя стерва.

Повторив движения, как и в первый раз, я набираю жидкость в ложку и неторопливо пою вышедшего из комы.

– Если коротко, то Артём был вынужден обмануть всех ради твоего спасения, – оправдываю дьявола воплоти, устроившего нешуточную заварушку. – Он посчитал, что если не сделает этого, то в следующий раз ты уже не сможешь выкарабкаться.

Сказав это, я осознаю, какую ошибку совершила. Нельзя говорить такие вещи человеку, только вернувшемуся практически с того света!

Просто желание показать истинные мотивы Арта и его огромное, в кавычках, сердце перевесило здравый смысл…

Дурная голова, ох, дурная!

Исподлобья наблюдая за Греем, представляю, какой хаос творится у него в голове. Моя бы, наверное, взорвалась от переизбытка эмоций и полученной информации.

– Почему? – Голос Джона начинает звучать более внятно и уверенно. Это хороший знак. Надеюсь, совсем скоро он встанет на ноги, а я стану свободной.

– У Адама много врагов, ты в курсе, – произношу виновато, за то, что сболтнула лишнего.

На самом деле этого Адама Коулмана, главаря Чикагской мафии, я в глаза не видела.

В помещении воцаряется гнетущее молчание.

– Адам? – Джон сжимает челюсти, а я, похоже, научилась понимать, что он хочет по одному короткому слову.

– Извини, всё это должен рассказывать мой брат, не я, – отрицательно мотнув головой, даю понять, что не собираюсь продолжать беседу.

– Говори, – гневно выдыхает Джон. – Быстро.

– Я ничего не знаю, – сглотнув, облизываю пересохшие губы. Мне бы самой водички выпить или чего покрепче.

– Боишься его?

Я? Артёма? Да за кого он меня принимает?

– Никого я не боюсь! – вскипаю, а потом осекаюсь.

Джон еле заметно ухмыляется, поняв, что поймал меня, надавив на больное место.

– Отвечай.