Книга «Проданная невеста. Меня купил дракон», автор — Матильда Старр, Мстислава Чёрная. — стр.8
Впрочем, какая разница! Будь у него хоть самое доброе сердце в мире. Он ведь только что сказал: мало времени. А когда это женитьба была таким срочным делом? Нет, я точно нужна ему для чего-то другого. И есть ли мне разница — принесет он меня в жертву без сожалений или его сердце будет обливаться кровью, а рука с кинжалом дрожать от переживаний.
Впрочем, может, мне и удастся избежать этой печальной участи
— Благодарю вас, — прошептала я, торопливо вытирая слезы рукавом. — Я я буду готова.
Он молча кивнул, развернулся и бесшумно исчез за углом дворцового коридора. Только легкое движение воздуха выдавало, что он здесь только что стоял.
Отец схватил меня за руку и потащил к выходу. Мы почти бежали — насколько позволяли приличия и мои дрожащие ноги.
Карета ждала там же, на подъездном круге у Северного павильона. Возница дремал на козлах, но при нашем появлении встрепенулся.
— Скорее домой! — велел ему отец, вталкивая меня внутрь.
Обратная дорога заняла всё те же три часа, хотя отец и пытался торопить возницу, на что тот хмуро возразил, что лошади животные нежные, загонять их он не нанимался.
В родные стены мы вернулись только к вечеру. Отец потребовал плотный ужин — подкрепиться перед сумасшедшей авантюрой. Небеса знают, когда следующий раз мы сможем поесть нормально.
— Собирай самое необходимое, — посоветовал он мне. — Мы не можем взять с собой много.
Выходить решили под утро, на рассвете, до первых солнечных лучей. Я надела темно-синее дорожное платье — не самое красивое, зато теплое и с удобными карманами. Поверх накинула плащ, который обычно надевала для верховой езды. В сумку полетели: смена белья, гребень, теплое шерстяное платье. На секунду замерла перед шкатулкой с украшениями. Почти пустая, в ней лежали лишь колечко и серьги, мамин подарок. У отца не поднялась рука продать единственное, что осталось от нее на память. Что ж, возможно теперь это спасет нам жизнь
На прощание обвела комнату взглядом. Столько счастливых дней... и вот теперь навсегда прощай.
В коридоре уже ждал отец. За спиной у него топорщился туго набитый вещмешок, на поясе крепилась сумка.
— Здесь всё, что осталось от состояния, — прошептал он, показывая кошелёк. — Жалкие гроши, но на первое время хватит
Я вздохнула.
— Пора?
— Пора!
Я привычно повернула в холл, но отец меня остановил.
— Нет, не туда Выбираемся тайком. Через окно — в сад, потом по тропинке в лес. Там, в овраге, ждет повозка.
Настолько серьёзно? Мы и от слуг прячемся? По спине пробежал холодок, но я лишь решительнее сжала край плаща.
Мы крадучись спустились по черной лестнице. Отец бесшумно отодвинул задвижку окна и толкнул створку. Внутрь ворвался пахнущий сырой землей и весенней травой ночной воздух.
Отец легко, почти по-молодому перекинул ноги через подоконник и спрыгнул вниз. Я передала ему сумки, потом перелезла через подоконник сама, и мы двинулись через сад.
Я ориентировалась исключительно по памяти. Хотя восточный край неба уже побелел и окрасился нежными розовыми тонами, в тени старых яблонь держался кромешный мрак.
— Леди Элиана! — Голос раздался так близко, что я вскрикнула и споткнулась.
Из-за куста выступила высокая фигура. Черный плащ почти сливался с окружающим пространством, надвинутый капюшон по-прежнему скрывал лицо. Драконий князь стоял, скрестив руки на груди, и смотрел на нас.
Отец замер. Я тоже стояла, не в силах пошевелиться, и чувствовала, как рушатся последние надежды.
— Так я и знал, — спокойно произнес дракон. — Догадывался, что вы задумали какую-то хитрость. И дело было вовсе не в вещах и не в подготовке.
— Послушайте, — отец шагнул вперед, загораживая меня собой. — Я прошу вас. Умоляю. Я верну вам деньги. Заберите всё, что у нас есть. Я достану еще, я продам всё, что осталось, я в долги влезу, но только отпустите дочь.
— Лорд Мирвейн. — Голос дракона прозвучал тихо, но отец сразу замолчал. — Мне очень жаль, но это совершенно невозможно. — Он перевел взгляд на меня. Даже в темноте я чувствовала его взгляд — тяжелый, пронизывающий. — Идемте, леди Элиана. Карета уже ждет.
Я стояла, не в силах сделать шаг. Ноги будто приросли к земле.
— Эли, — отец обернулся ко мне, и в его глазах блестели слезы. — Доченька...
— Прощайте, отец, — прошептала я. — Я... я люблю вас, папа.
Пальцы дракона сомкнулись на моей руке — горячие, сильные, но не грубые. Он повел меня прочь от дома, от отца.
Я не оглядывалась. Боялась, что не выдержу и брошусь обратно, и навлеку неприятности на отца. Боялась, что просто упаду без сил от ужаса.
Карета стояла у дороги. Черный лак тускло поблескивал в предрассветном сиянии восходящего солнца, золотые узоры вились по дверцам — художник с поразительным мастерством вывел драконов, тянущиеся к звездам.
Князь открыл дверцу и жестом пригласил меня внутрь.