Книга «Штурм», автор — Андрей Панченко. — стр.13
- Шесть… экипаж «Скаута», заместитель капитана, Кира.
Заг тихо присвистнул, добродушное и веселое выражение его лица сменилось на озабоченное:
- Только не Кира… Надо пойти и с ней поговорить, командир! Может ничего страшного?
- Никто ни с кем не разговаривает, - рявкнул я, чувствуя, как сердце начинает бешено биться в груди. - Перевести сектор в режим полной изоляции! Вызвать медиков и Баху в лабораторию. Я иду туда сам.
Я летел к карантинному сектору бегом, но уже в коридоре меня перехватил дежурный медтехник с планшетом:
- Командир, стойте! Не лезьте в створ. У нас первичная телеметрия.
- Говори, - отрезал я, не сбавляя шага.
- Излучение слабое, в мягком УФ-диапазоне. Не «их» сигнатура. Похоже на флуоресценцию. Источник - верхний плечевой пояс.
- У Киры?
- Да. Вероятно, реакция биопластыря на УФ-конус.
Я всё-таки дошел до прозрачного бокса и прижал ладони к стеклу. В боксе номер шесть Кира сидела на койке, укрытая термоодеялом, лысая, злая и живая. На левом плече - свежая полоса белёсого пластыря с защитной сеткой; по кромке гуляли тусклые искорки, как от дешёвой гирлянды.
Связи не было, но она увидела меня и демонстративно показала средний палец. Потом - другой, для симметрии. У меня отлегло.
Подскочил Баха, задохнувшийся, с переносным спектрометром на ремне:
- Дал мне бог фитнес, - выдохнул он и сунул прибор в порт наблюдательного окна. - Снимаю спектр в «сквозняке»… Есть. Пик на триста восемьдесят нанометров. Это не «их». Это наш «Люкс-пак».
- По-русски давай!
- Медпластырь с фотокатализной пропиткой из аварийной аптечки бокса. Там автоматизированных аптечек нет, только такие, а она себе ногтем плечо задела, кожа у них сейчас тонкая, сами понимаете. Так вот, под УФ пластерь сам себя стерилизует и заодно светится. Наши датчики приняли флуоресценцию за внутреннее излучение. Ложноположительный сигнал.
Медик кивнул:
- Мы погорячились, потому что вспышка совпала с фазой микроволновых ланц. Там идёт разогрев верхних слоёв, пластырь «заиграл». Сейчас спадёт.
Я выдохнул впервые за последние минуты. Сердце перестало долбить в грудную клетку.
- Но проверим всё равно, - продолжил медик уже официальным тоном. - Второй цикл сканов, расширенный профиль крови и ЛИК. Никаких сетевых стыков.
- Делайте, - произнёс я. - И занесите в регламент: метки «Люкс-пак» — помечать перед УФ, чтобы не пугались наши же датчики. Вообще, перетрясите содержимое аварийных аптечек карантинной зоны, чтобы не было таких эксцессов в будущем. Я чуть свою женщину не сжег, из-за вас засранцев!
Кира, заметив, что суета у стекла сменилась рабочей рутиной, опёрлась локтями на колени и снова уставилась на меня. Мед-камера приблизила её губы; имплантат честно выдал расшифровку по артикуляции: «Ты труп, милый». После чего она, не сводя с меня взгляда, подтянула термоодеяло выше, улеглась и демонстративно отвернулась к стенке.
- Жива, - сказал я вполголоса. - Этого пока достаточно.
Через двадцать минут у нас был полный расклад. По Кире - чисто: биомаркеры в норме, никаких «нитей», никаких аномальных электровсплесков, никаких попыток взаимодействия с окружением. Флуоресценция ушла - пластырь отработал и затих. У двоих десантников - поверхностные ожоги от туманной завесы, девушка пилот пришла в себя, ругалась и требовала «вернуть волосы, как было». Медики обещали, что за неделю карантина само отрастёт, но никто им не верил - мы все знали, какая химия у наших туманов. Без медкапсулы после такой обработки волосы не вернуть, они уничтожены с корнями.
С имплантами тоже стало спокойнее. Ничего подозрительного. Парочка «шумных» фрагментов оказались остатками сигналов, полученных от спасательных капсул - аварийные маяки пытались отчитаться в сеть корабля, но упёрлись в нашу «стену», после чего просто передали сигнал экипажу «Скаута».
Я зашёл ещё раз в наблюдательную. Кира не спала - просто лежала, глядя в потолок. Когда я подошёл, не шевельнулась, только уголок губ дёрнулся. Я положил ладонь на стекло. Она не отреагировала.
- Держись, - сказал я шёпотом. - Семь суток - и вытащу тебя отсюда, чертёнок.
Она беззвучно произнесла: «Пошел ты, Найдёнов…». Я усмехнулся и кивнул, мне и правда было уже пора идти.
Глава 5
К вечеру потрепанный линкор «Земля» мягко вывалился из гиперпространства. Перед голографом распахнулась тихая система: бледная жёлтая звезда, две каменистые планеты, дальше - пояс астероидов и ледяной карлик. Сенсоры линкора показывали пустоту; радио и другие искусственные излучения - только собственный фон. Как будто сама судьба дала нам небольшую передышку, после хорошей трёпки, которую мы получили.
- Внимание экипаж! Боевую тревогу никто не отменял! Не расслабляемся! Готовность к новому экстренному гиперпрыжку! Выпустить разведывательные дроны и перешерстить всю систему до последнего камушка, - тут же распорядился я. – Вторая эскадрилья беспилотных истребителей в прикрытие линкора! Внутренние работы - по планам.