Я увидела, что контуры его лица загорелись оранжевым, будто у него кожа горела. Испуганно вжалась в стену, надеясь, что ему не придет в голову вслед за книгой спалить и меня.
— Что тебе нужно? — пробормотала я.
Он провел пальцем по моему лицу, а потом его взгляд вновь скользнул вниз, к моей груди. Кай хрипло прошептал:
— Познакомиться хочу. Поближе…
Я застыла, отчаянно надеясь, что он имел в виду не то, что я подумала. Сглотнула и нервно сказала:
— Аэлин Гретли. Первокурсница. Приятно познакомиться.
Он насмешливо приподнял одну бровь и склонился уже настолько близко, что наши губы отделяли всего несколько сантиметров.
— Кай Эрендор. Пятикурсник. И староста этой академии.
— Эрендор?.. Это же фамилия императора?
Я удивленно уставилась на него, а он притянул меня к себе за талию и прошептал:
— Надеюсь, теперь ты поняла, что мне лучше не отказывать.
Ответить я ничего не успела. Его губы накрыли мои, и уже второй раз за день я почувствовала, как по телу разливается странное тепло. Это настолько поразило меня, что я застыла, не шевелясь. А Кай обхватил мое лицо ладонями и углубил поцелуй. Да так, что у меня дыхание перехватило, а внизу живота сладко потянуло.
В голову пришла мысль, что он уж слишком хорошо целуется. А значит опытный… А значит, возможно, делает это со всеми красивыми девушками в академии… Это немного отрезвило меня.
Я уперлась ладонями ему в грудь, но он только сильнее вжал меня в стену, и принялся целовать с такой страстью, что я сдалась под его напором. В тот момент мое тело будто превратилось в желе. Даже если бы я хотела, то вряд ли нашла бы в себе силы оттолкнуть его. Но чем дольше он целовал меня, тем больше я теряла голову.
Мне казалось, что вокруг нас горит пожар, но этот огонь только усиливал ощущения. Будоражил, распалял, но совсем не причинял боль. Наоборот, мне было так тепло и хорошо, что, когда Кай оторвался от моих губ, я разочарованно вздохнула.
Тяжело дыша, он посмотрел на меня, и его глаза внезапно расширились.
— Черт! Ты в порядке?
Я не поняла, чего он так испугался, и только спустя несколько секунд заметила, что пожар мне вовсе не показался. Кай горел. В прямом смысле этого слова.
Почти все его тело охватило пламя. Я ошарашенно посмотрела на свои руки, которые все еще упирались ему в грудь. Прямо под моими ладонями полыхал огонь, но мне вообще не было больно. Более того, моя кожа даже не покраснела!
Кай резко отпрянул от меня и взволнованно оглядел.
— Прости! Сам не знаю, как потерял контроль… Ты как?
Я оглядела себя и не увидела ни одного ожога. А когда вновь посмотрела на Кая, он стоял с открытым ртом.
— Что это? — пробормотал он. — На тебе какая-то защита?
Я нахмурилась.
— Нет…
— Тогда… Какого…
Он вновь растерянно оглядел меня, а потом посмотрел на свои пылающие руки. Недоуменно покачал головой, нахмурился, снова посмотрел на меня.
— Ты кто?
— Аэлин Гретли…
Он выдохнул с таким удивлением, будто я сказала что-то необычное, а не просто назвала свое имя. Еще несколько долгих минут он смотрел на меня со странным выражением лица, а потом молча развернулся и медленно вышел из моей спальни.
Глава 8
Святая праматерь, и что это было?
Я рухнула на кровать, не веря, что всего за несколько часов в академии успела поцеловаться аж с двумя парнями. И ладно, если бы только это. Но оба раза я настолько потеряла голову, что ничего не соображала. Неужели внезапные перемены в моей жизни так сильно на меня повлияли? Это точно ненормально!
Не спорю — они, конечно, оба привлекательные, но что-то раньше я за собой такого легкомыслия не замечала. И это сейчас, когда мне очень надо сосредоточиться на учебе и на том, как остаться завтра с целыми костями после тренировочных боев. А я вместо подготовки обжимаюсь по углам с двумя красавчиками…
Немного придя в себя от шока после ухода Кая, я вернулась к созданию карты, но уже ничего не выходило. Вот же огненный засранец — сбил меня с мысли! А ведь решение было так близко…
Еще немного помучившись, я с досадой отложила недоделанную карту и занялась раскладыванием вещей. А когда легла спать, еще долго ворочалась, вспоминая губы. И руки. И шепот. Звериные глаза оборотня, горящие диким огнем… И жгучее пламя, окутавшее фигуру Кая…
А вдобавок ко всему мое запястье так сильно чесалось и жгло, что я уже совсем отчаялась уснуть. Наверное, у меня аллергия на ту противную слизь. Если завтра мне снова попадется тот оборотень, я все ему выскажу! Но лучше бы ему больше не попадаться мне на глаза.
Утром я еле разлепила глаза и хотела уже промычать сестрам, чтобы принесли мне эликсир бодрости, без которого я точно не встану, но через несколько секунд вспомнила, где нахожусь. Приглушенно застонала, села и вздохнула.
Миссию «как не вылететь из боевой академии и при этом не умереть» объявляю открытой.
Нет, вылететь-то, конечно, можно. Вот только это грозит тем, что моих сестер потом никуда не возьмут учиться, да и я уже вряд ли сделаю себе карьеру. Так уж устроена академия, что все, кто сюда попадают, обязаны ее закончить и послужить на славу Империи. А если меня с позором прогонят, от этого клейма я уже не отмоюсь.
А значит пора в бой, и не только в переносном смысле.
Я наскоро умылась, переоделась в форму и закинула в свою любимую сумку все учебники, а еще листок с расписанием. Думала, что точно потеряюсь в многочисленных коридорах замка, но решение оказалось простым: мне всего лишь нужно было идти хвостом за другими девушками, которые выползали из своих комнат.
Многие из них ходили в паре, а то и группками. Что-то обсуждали и смеялись. Я огляделась в поисках такой же потерянной первокурсницы, как я, потому что одной было не совсем комфортно. Но увы — такое ощущение, что новенькая там была только я. Все остальные вели себя так, будто жили в замке не первый год.
Наш нестройный ряд отправился в столовую, и я старательно оглядывалась, запоминая дорогу. Не хотелось, чтобы топографический кретинизм стал причиной моей голодной смерти.