Книга «Болевой порог», автор — Ольга Рузанова. — стр.68
– Ты пугаешь меня, Дима, – призналась ему, когда мы зашли в лифт.
Пройдясь по моему телу, его взгляд сфокусировался на лице.
– Из тебя выйдет хорошая мать.
– Спасибо… – очень тихо произнесла я, борясь с уколом разочарования.
Похоже, он рассматривает меня только как подходящую мать для своего потомства. Не более того.
***********************
– Оля! – стоило мне переступить порог, как на меня налетела взволнованная Валентина Ивановна.
Утонув в ее теплых объятиях, я поняла, как сильно по ней скучала. Всегда сдержанная, сейчас она буквально светилась от радости. Растрогавшись, я, всхлипнув, уткнулась ей в плечо и крепко-крепко сжала руками.
Дима не поддался волнительному для нас обеих моменту. Пройдя вглубь квартиры, стал показывать парням, куда переносить мои вещи из машины.
– Дима сказал, мальчик будет, – подмигнув, она отступила на шаг, чтобы осмотреть мою фигуру.
– Да.
– Это хорошо… Мальчик это хорошо… Наследник.
Поманив меня рукой, она пошла на кухню.
– Кушать хочешь?
Вообще-то, я не была голодна. Час назад мы пили чай с эклерами в машине. Но, увидев, сколько всего наготовила Валентина Ивановна, отказать не смогла.
– Наверное, Диму позвать надо.
– Позови, – улыбнулась женщина.
Выйдя из кухни, я огляделась. И где в этих хоромах мне его искать? Квартира была огромной. Раз в десять больше той, что я оставила. Пройдя через холл, я заглянула в гостиную. Огромные панорамные окна и камин прямо по центру – вот что впечатлило меня больше всего.
– Сойдет? – раздалось прямо над моим ухом.
– Красиво.
– Скажешь, куда разложить твои вещи. Сама тяжелого не поднимай.
– Хорошо, – обернувшись, я оказалась в критической близости от него. Так близко, что чувствовала его теплое дыхание на своей коже, – выпьешь чая?..
– Нет. Я поеду. Нужно поспать немного. Сегодня еще дела.
Дима собирался ехать в загородный дом, чтобы поспать несколько часов, когда здесь полно свободных комнат. Я помнила его слова о том, что он не собирается мозолить мне глаза, но к чему все эти жертвы?
– Поспи здесь. Какая разница? Или… – я закусила губу, отворачиваясь в сторону, – тебя там кто-то ждет?..
Внезапная мысль о том, что в моей комнате, должно быть, уже живет другая девушка, полоснула по живому. Почему нет? До меня ведь там кто-то жил…
– Я останусь, если ты не против, – произнес он, – пойдем пить чай?
Он не ответил на мой вопрос. А я корила себя за несдержанность. Меня не должна интересовать его личная жизнь. Но на душе было паршиво. Согласившись переехать, я сама себя поставила в это положение. Выносить, родить и воспитывать для него ребенка, в то время как он ни в чем не будет себе отказывать.
Валентина Ивановна, накрыв на стол, ретировалась. Мы остались наедине.
– Почему ты так на меня смотришь? – не выдержав его пристального взгляда, спросила его.
– Как?
– Не знаю… Забей…
Я не смогла допить чай. Сидеть напротив Димы, когда он так многозначительно смотрит, оказалось выше моих сил. Извинившись, я вышла из-за стола.
– Устала? – он поднялся за мной, – пойдем, покажу твою комнату.
Большая, светлая, с окнами во всю стену, она мне очень понравилась.
– Если не нравится, можешь выбрать любую другую.
– Мне нравится. Спасибо.
Обхватив плечи руками, я прошла вглубь комнаты, потому что Дима вновь давил на меня своей близостью. Встал позади так, что его дыхание колыхало волосы на моей голове.
– Осваивайся, – с этими словами он вышел.
Больше в тот день я его не видела. Приняв душ, уснула, а когда проснулась, он уже уехал.
А следующим утром Шевц позвонил.
– Оля. Сегодня тебя ждут в клинике. Там лучшие врачи в городе. Артем отвезет тебя.
– Ладно, – согласилась я, – но меня бы устроила и простая женская консультация.
– Это не обсуждается.
Не стала спорить. Это бесполезно. Да и, несмотря на предубеждения, была несказанно приятна его забота.
– Оля… – послышался в динамике хрипловатый голос.
– Что?
– Мне приехать в клинику?
– З-зачем?.. – я растерялась, – не нужно… я сама…
Для чего все это?! Что за спектакль? Что за надобность играть сценки счастливой семейной жизни?
В трубке ненадолго повисла тишина.
– Хорошо. Как скажешь…
Этот разговор взбудоражил меня. Почему он ведет себя так? Зачем подпитывает мои несбыточные надежды?