Книга «Дети Антарктиды. Возвращение — часть I», автор — Даниил Корнаков. — стр.9
— Такие, как он, неисправимы. — Маша посмотрела ему прямо в глаза: — Я знаю, о чём говорю, потому что лично видела, на что он способен. Ради спасения себя любимого он пойдёт на всё…
— Например?
— Например, на убийство.
— У него не было выбора, Маш. Либо норвежец прикончил бы его, либо…
— Я не о том случае с поединком. — Она постаралась придать голосу уверенности и продолжила: — Матвей, ещё прежде, чем вы нашли нас, он на моих глазах убил одного из сопровождавших нас солдат — Серёжу Левченко.
Матвей повернулся к ней:
— Убил?
— Да, одного из наших, с «Прогресса», совсем ещё юного. Левченко и остальные сопровождали нас в первой экспедиции, — вспоминала Маша. — Я рассказывала о нём, ещё когда мы встретились там, в московском метро. Тогда я не упомянула, как именно он погиб. Теперь вот рассказываю: Юдичев задушил его, потому что тот, видите ли, громко стонал от боли и привлекал мерзляков. Взял и просто закрыл ему рот ладонью, а второй рукой зажал нос. Парень задохнулся и даже слова вымолвить не успел. — Глаза её наполнились горячей влагой, и Маша резко отвернулась. — Я пыталась остановить его, но он…
Больше она не могла говорить — шею сковало странное удушье. И всё же она сдержала слёзы.
— Маш, — осторожно спросил Матвей, будто каждое слово было проводком, ведущим к бомбе, и если выбрать неверный… — может, так было нужно? Чтобы спасти тебя и…
— У него был выбор! — крикнула она. — Например, не убивать его, ясно? Он мог бы просто заткнуть ему рот! Оттащить в сторону, спрятать в другой комнате, сделать что угодно! Но этот ублюдок прикончил его. Выбрал самый простой путь.
Она буквально слышала, как в голове Матвея поднялся ураган, мешающий ему заговорить.
Маша не собиралась останавливаться:
— Ты думаешь, он хочет помочь нам? Как бы не так. Его заботит только он сам. И всё это время, почти весь этот год, он был с нами лишь потому, что без нас не выжил бы. Им движет исключительно стремление сохранить собственную шкуру. Максим Юдичев плевал на всех нас с высоченной горы.
— Не знаю, Маш. Может, он стал другим?
Маша издала вздох огорчения:
— Ничего он не изменился, Матвей. Ни на йоту.
***
Судно медленно пробивалось сквозь хрупкий панцирь однолетнего льда. Корпус глухо стонал, раскалывая белое поле на звонкие осколки. Ветер дул с запада — капризный и резкий, он словно спешил расчистить путь, гоня перед собой льдины. Полыньи, чернеющие между белых просторов, манили — как ловушки и спасение одновременно.
Слева по борту, словно высеченные гигантским резцом, вздымались крутые скалы, увенчанными снежными шапками. По их склонам сползали языки ледников — синеватые, испещрённые трещинами, будто лицо древнего божества морщинами. Время от времени глыбы льда откалывались, падали в воду со взрывом брызг, и грохот разносился по заливу.
С самого утра ярл Эрик не мог оторвать взгляда от величественного зрелища. «Вот она, земля обетованная, —думал он. — Вот она, надежда для моего народа».
И всё же… неужели в этих землях и правда может существовать человек?
— Вижу полынью по левому борту, — передал наблюдающий за водами Лейгур Юдичеву по рации. — Держи курс двести пятнадцать, пройдём как по маслу.
— Ну, как ощущения? — спросил Матвей, подходя к бывшему ярлу.
— Как у человека, оказавшегося на другом конце Земли, — ответил он.
— Поверь, мы испытали то же самое, когда очутились на Шпицбергене.
— Я видел несколько небольших поселений на берегу этим утром, — перевел тему Эрик, — но не заметил ни одного человека. Лишь полуразрушенные жилые модули.
— Большинство этих станций давно заброшены.
— Но почему? Разве климат на полуострове не более мягкий, чем в сердце континента?
— Всё верно. Но, как тебе, возможно, известно, до Вторжения в Антарктиде добывали кобальт, залежи которого в основном находились в восточной части континента. Потому там и начали строить все эти огромные станции с долговечными ветряками. На полуострове остались лишь маленькие научные станции, оснащённые парочкой старых ветряков и хлипких модулей. Долго в таких не проживёшь.
— Беспощадная рука капитализма.
— Вроде того, — подтвердил Матвей. — Но вот «Палмер» в те времена не тронули, продолжая развивать. Уж не знаю, как так получилось, но уверен: если покопаться в архивах станции «Амундсен-Скотт», можно найти причину, побудившую их продолжать финансировать станцию, — какую-нибудь статейку там или заметку. Но лично я думаю, что американцы, прежде владевшие «Палмером», всё же выделяли бюджет для поддержания станции в расчёте превратить её в туристическое местечко вроде «Мак-Мердо».
— Но Вторжение внесло свои коррективы.
— Угу. На сегодняшний день это одна из самых густонаселённых станций на всем антарктическом полуострове. Спасибо ветрякам, которые успели поставить наши предки до прибытия мерзляков.
К ним подошёл Лейгур.