Книга «Хивинский поход», автор — Роман Елиава. — стр.2
Анатомический театр университета был построен с соблюдением строгих классических форм: симметрия, высокие окна и рустованные стены: всё это должно было говорить о серьёзности предназначения здания. Григория Николаевича они уже не застали, однако их встретил доктор Полонский и показал тело мужчины между сорока и пятьюдесятью годами. На бледном посиневшем лице с запавшими тонкими губами выделялся огромный крючковатый нос. На худом обнаженном теле не было видимых повреждений, только на лице красовался большой кровоподтёк.
- Я пока не успел его осмотреть, только одежду снял, как вы пришли, - пояснил доктор.
- Он не бродяга, - сказал Трегубов.
- Почему Вы так решили? – спросил Павлов.
- Посмотрите на его ухоженные бородку и ногти на руках.
- Да, совсем не бродяга, - подтвердил доктор. - Одежда вон там в углу, дорогая. Не удивлюсь, что всё сшито под заказ или из Парижа. Ботинки дорогие. В карманах было несколько рублей и золотые часы…
- То есть, это не ограбление, - прервал доктора агент.
- Наверное, нет, - подтвердил тот, - Вам лучше знать. При нем нашли еще это.
Доктор подошел к столу, на котором была свалена одежда, и подал Трегубову медаль - серебряный диск диаметром около трех сантиметров. На одной стороне диска был изображен вензель Александра Второго с императорской короной наверху, с другой стороны расположилась крупным шрифтом дата «1873», а вдоль гурта, по окружности, можно было разглядеть надпись «ЗА ХИВИНСКИЙ ПОХОДЪ». Начало и конец надписи разграничены скрещенными ветвями - дубовой и лавровой.
- Вчера было шестое мая, - сказал Трегубов, рассматривая медаль, - день святого Георгия - покровителя русского воинства. Возможно, что наш труп – военный, офицер.
- Скорее, офицер в отставке, - поправил Павлов. - Костюм цивильный, медаль в кармане.
- Возможно, Вы правы, Илья Петрович, - Трегубов отдал медаль полицейскому, а сам взял посмотреть часы.
- Тут номер, но больше ничего, - проворчал следователь. - Можно, конечно, обойти магазины с часами. Но он мог купить их и в столице, и даже в том же Париже. А вот медаль - это интересно! Нужно узнать, что за медаль и что за поход такой. Это может помочь установить его личность.
- Может, родные его уже хватились, - предположил Павлов.
- Может быть, тогда мы быстро узнаем кто он такой, - Трегубов оставил часы и посмотрел на лицо утопленника. - Доктор, Вы можете что-то сказать до вскрытия?
- В воде пробыл недолго, вполне вероятно, как Вы и подумали, утонул вчера. Видимых повреждений нет, скорее всего, смерть - от лишения воздуха, но точно скажу позже.
- Видимо, хорошо отметил шестое мая, - Павлов указал на синяк на лице, - напился, подрался и утоп.
Следует заметить, что сам агент Павлов совершенно пить не умел и не имел к этому занятию физической предрасположенности, по причине чего иногда попадал в неприятные ситуации, результатом чего и стало его отчисление из университета.
- Может и так, - ответил доктор, - но рекомендую не делать поспешных выводов, а дождаться вскрытия и моего отчёта.
- Доктор, скажите, а когда мы сможем получить этот отчёт? - спросил Трегубов.
- Я обещал Григорию Николаевичу сделать вскрытие сегодня, - задумался Полонский, - стало быть, отчёт подготовлю завтра. Извините, но ещё дела имеются.
- Илья Петрович, сможете завтра забрать отчёт? - следователь перевёл взгляд на агента сыска.
- Да, конечно.
- Хорошо. Выйдем-ка, не будем мешать доктору, - предложил Трегубов.
Когда следователь и полицейский оказались на улице, Трегубов осмотрелся, помолчал минуту, а затем повернулся к Павлову, который ожидал указаний.
- Знаете ли, Илья Петрович, не нравится мне этот труп.
- Не верите, что сам утоп? Так кто б из душегубов оставил бы при нём золотые часы?
- В том-то и дело, - ответил Трегубов. - Если бы это был простой грабеж, мы бы и разобрались быстро и просто. Выяснили бы имя, что из вещей пропало. Обошли бы скупщиков и ломбарды, нашли бы часы по выгравированному номеру, вышли бы на грабителя. А тут… Тут что-то другое, и неспроста синяк на лице этого господина.
- Думаете, защищался? - спросил Павлов.
- Всё может быть. И почему медаль в кармане?
- Так на цивильном награды не носят, носят на мундире.
- Тогда почему он был не в мундире? Одни вопросы. Шестого мая везде и званые обеды и сборы однополчан, ветеранов разных кампаний. Может быть, он не военный? Может, медаль имеет другой смысл?
- Я разузнаю, что это за медаль и что это за Хивинский поход такой, - пообещал Павлов.
- Будьте любезны, пожалуйста. И ещё допросите этих угольщиков, которые выловили труп, надеюсь, городовой взял у них адреса. Возможно, они расскажут что-то интересное.
- Будет сделано.