Книга «Крысиный король», автор — Валерий Шарапов. — стр.3
– Закончили? – удивился шофер.
– Скоро сказка сказывается… – ухмыльнулся Плотников. – Нет, Миша, мне к Калашникову.
Они проехали проулками и оказались на главной улице Владимира. За последние двадцать лет, что Андрей Геннадьевич прожил в этом городе, Владимир расцвел. Теперь уже ничего не напоминало о том маленьком, переполненном бесконечными обозами городке, куда его доставили на санитарном поезде вместе с десятками других раненых. Владимир рос. Вчерашние дети, прятавшиеся от бомбежек в убежищах, теперь воспитывали собственных детей. Строились здания. Работали заводы. Жизнь шла своим чередом.
* * *
Утренние лучи оставляли блики в окнах домов. Вдалеке еще виднелась утренняя дымка, которая стремительно таяла под натиском просыпающегося июньского солнца. Мужчина чиркнул спичкой и тут же, спрятав пламя от ветра в ладонях, прикурил папиросу. Он оглянулся по сторонам и не спеша побрел вдоль зданий. Утро окрашивало в розовый улицы Владимира, и он почти наслаждался тем, что на тротуарах пока было немноголюдно.
– Давно ты заграничные стал курить? – услышал он вопрос.
Сбоку от него, чуть позади, шел Базиль. Выглядел он неважно. На светло-сиреневой рубашке виднелись темные следы. Пахло от него табаком и алкоголем. Под мышкой он нес портфель, а в руке шляпу.
– Да подфартило, – отмахнулся мужчина. – Тебе чего? Выглядишь паршиво. Где твой холеный вид?
– Дело есть, – просто ответил Базиль, проигнорировав вопрос о внешности.
– Какое? – Голова мужчины дернулась.
– На Мира выставка проходит. Оттуда нужно кое-что увести. Аккуратно, чтобы никто не заметил. Понял? – осторожно сказал Базиль.
Мужчина кивнул, и голова его снова от тика дернулась.
– В эту пятницу, – продолжал Базиль, – выставка закрывается. Будь внутри, когда начнут собирать экспонаты. Мне нужна вот эта вещь. – Он достал из кармана вчетверо сложенный вырванный из книги листок.
– Это? – не поверил мужчина.
– Делай, что говорят, дорогой, – снисходительно ответил Базиль. – За, как ты выразился, «это» хорошие деньги платят.
– Сделаю, раз платят, – усмехнулся мужчина.
– Сходи сегодня, присмотрись. Как соберешься, прикинься рабочим. Так не сразу хватятся.
– Да не дергайся! Дело знаю, – ответил мужчина.
– Это тебе не хату обнести. Здесь уровень другой. Работать нужно тоньше, – возразил Базиль.
– Заканчивай лирику разводить! Ее на хлеб не намажешь. – Мужчина резко остановился.
– Обижаешь, – усмехнулся Базиль и протянул мужчине скрученные в рулон купюры.
– Остальное после дела. И смотри не болтай! – процедил сквозь зубы Базиль и, резко развернувшись, быстро зашагал в противоположную сторону.
* * *
Зеваки разошлись. Рабочий день разогнал последних любопытствующих. Миролюбов сидел на лавочке возле подъезда вполоборота к толстой старухе, не желавшей разговаривать с ним. Полный энтузиазма капитан не собирался так просто сдаваться. Лидия Ивановна и вправду была ценным свидетелем. Во-первых, она жила в этом доме много лет, еще до войны. Знала Вадимченко еще ребенком. И во-вторых, именно она была той, кто вызвал милицию, обнаружив бездыханное тело непутевого соседа.
– Лидия Ивановна, вы говорили, что слышали, как Вадимченко с кем-то ссорился рано утром. Вы не видели, кто это был?
– Много к нему ходило всяких, – отмахнулась женщина и демонстративно отвернулась от Вячеслава.
– Вы не заметили, Вадимченко ссорился с одним человеком или их было несколько?
В ответ ему было только раздраженное сопение старухи.
Михалюк стоял чуть поодаль и не без интереса наблюдал за стараниями своего младшего коллеги разговорить женщину. Когда год назад Миролюбова перевели к ним в отдел, Плотников лично попросил натаскать новичка. И они сдружились. Веселый балагур Михалюк, слишком шумный, по мнению некоторых его коллег, уживался со спокойным и рассудительным Миролюбовым. У Вячеслава был легкий характер. Он не стремился конфликтовать и принимал людей со всеми их недостатками полностью, без оговорок.
Чуть поодаль мальчишки, которые все утро носились рядом с милицейской машиной, теперь на пустыре за домом стреляли из рогатки по консервным банкам. Михалюк пошел к ним. Он усмехнулся на особенно меткий удар одного мальчишки и, встав рядом, стал наблюдать.
– Да ты не торопись, – напутствовал он. – Локоть не задирай, и пусть эта рука у тебя не гуляет. Четче надо!
Пацаны уважительно слушали милиционера, притихнув, но занятия своего не оставили.
– Дай покажу, – не выдержал Михалюк, когда младший в их компании в очередной раз не справился с рогаткой, запустив камнем себе в ногу. – Вот так держишь рогатину и вот так оттягиваешь. Ты резинку держи вот этими пальцами, не кулаком. Понял? Эть! – И камень точно ударил по консервной банке, которая с грохотом упала с нехитрого постамента из старых ящиков.
– Дяденька милиционер, – отважился один пацан, что был постарше. – А правда, что у дяди Юры мозг вытек?