Книга «Добробор. Бездарный учитель», автор — Григорий Шаргородский. — стр.11
Бытовка, а точнее место, на котором она располагалась, оказалось довольно любопытным. Нет, не в историческом плане, а в плане странностей. Под слоем опавших листьев местами проглядывал заросший молодой травой фундамент некогда большого дома. Именно на него и поставили вагончик, точнее разместили на одном из углов из-за дикого несоответствия габаритов. Заглянув внутрь, я не увидел ничего интересного. Бытовка как бытовка. Никакой мебели. Удивительно, что сохранилась буржуйка, дымоход которой я видел снаружи. Стекла в единственном окне выбиты, везде мусор. Хорошо хоть никто не нагадил. В этом плане деревенские жители были куда культурнее городских. Окажись это строение на окраине города, тут бы творился настоящий свинарник.
Закрыв дверь, я окончательно пришел к выводу, что делать мне здесь больше нечего и пора отправляться в обратный путь. Тем более солнце неприятно шустро карабкалось к зениту, и кто его знает, сколько придется топать до деревни. В принципе можно посчитать. Ехали мы сюда минут двадцать. Скорость километров тридцать-сорок в час. Значит, до деревни километров пятнадцать, может, чуть меньше.
Ешкины пупырышки! А чего это я тут туплю? Можно же посмотреть в смартфоне онлайн-карту. Раньше мысль о телефоне почему-то и в голову не приходила. С другой стороны, кому я бы мог позвонить в такой ситуации? Коле, Зизе или сразу Кабану?
Достав телефон и запустив его, я понял, что связь здесь не ловит, значит, и карту посмотреть не получится. Ладно, примем за данность дистанцию пятнадцать километров. Скорость пешехода по пересеченной местности без нагрузки около четырех-пяти километров в час. Откуда эта информация залетела в башку, совершенно не помню, но она там имелась. Значит, три часа в пути – и это без остановок и прочих неожиданностей, так что тормозить точно не стоит.
Тревожные мысли заставили меня собраться и быстрым шагом двинуться к спуску на тропу. Ситуация неоднозначная, но оптимизм меня пока не покидал, так что я довольно уверенно начал спускаться, но тут обстановка резко изменилась. Окружающее пространство потемнело, словно солнце закрыла большая туча. Поднялся ветер, и вокруг заметались какие-то тени. Такое впечатление, что я находился не в молодом леске, а где-то в дебрях вековой пущи. Сразу стало невыносимо тоскливо. Давил даже не страх, а какая-то безнадега. Мысли потекли слишком тягуче, и вообще думалось с трудом. Я совершенно не мог понять, куда мне идти. Двинулся в одну сторону и почувствовал, что иду не туда. Пошел обратно, врезался в дерево и осознал, что снова выбрал неверный путь. А затем с пугающей уверенностью ощутил, что позади какая-то страшная угроза. Казалось, на спину вот-вот кто-то прыгнет и не просто разорвет на части, а высосет душу. Захотелось завизжать как пойманный за уши заяц, но тут словно сработал какой-то предохранитель.
Давно знаю за собой такую особенность. Я никогда не был особо стрессоустойчивым и в случае неприятностей на некоторое время буквально впадаю в ступор. Но, когда ситуация переходила в разряд фатальных, происходило что-то странное. В жизни у меня такое было лишь раз, когда в детстве с ребятами играли на заброшенной стройке. Давно там тусили, и ничего не случалось, но в тот день бетонная плита внезапно перекосилась, и я заскользил по ней к краю, рискуя сверзиться на гору строительного мусора с четвертого этажа. Это была бы верная сметь. И тут в башке включился тот самый автопилот. Нет, не пришло пресловутое спокойствие крутых парней с крутым замедлением времени, а словно кто-то начал управлять моим телом, заставляя делать именно то, что нужно. Я тогда даже не понял, как в скольжении перекатился к правой стороне и зацепился руками за приваренный там стояк водопровода.
Вот и сейчас вместо того, чтобы сорваться и бежать с истерическим визгом куда-то вглубь леса, я неожиданно, как зверь, встал на четвереньки и начал карабкаться вверх. Вообще-то у меня сразу появилось страстное желание вернуться на холм, но почему-то казалось, что его вершина в другой стороне. И это при том, что логика подсказывала, что невозможно взобраться на вершину, двигаясь вниз. Вот так на четвереньках, руководствуясь вестибулярным аппаратом как навигатором, рванул к спасительной вершине. И ведь оказался прав!
В себя пришел, все еще находясь на карачках, но в совершенно другой обстановке. Опять вокруг виднелся молодой лесок, и даже солнышко светило, временами проглядывая сквозь прорехи в шустро пробегавших облаках. Ветер оставался, но шумевший вокруг лес был совсем не таким жутким, как всего несколько секунд назад.
А секунд ли? Не вставая, я перевалился на пятую точку, отдышался и достал телефон. Когда пытался активировать карту, сознание зацепилась за время. Да уж, вот это я прогулялся! Оказалось, что прошло почти двадцать минут. Несмотря на то, что больше на мозг ничего не давило, было очень страшно. И как теперь добираться до села, когда творится такая жесть?! И ведь не факт, что это дело можно пересидеть. Сразу почему-то вспомнились вопли рыжего паренька, обращенные к кому-то в глубине леса.
От странностей и непоняток в голове жужжал рой самых разных мыслей. А тут еще и погода. Я понимаю, весна в этом плане штука непредсказуемая, но слишком уж резкий переход от яркого солнечного дня к ветру и явно намечающемуся дождю.