Книга «Фальшивая истинная. Охота за драконьим сердцем», автор — Мира Вишес. — стр.6
Я переминалась на пороге. Почему-то ожидала увидеть кого-то другого – более внушительного, более опасного. А этот походил на провинциального учителя, который всю жизнь просидел в библиотеке и редко высовывал из нее нос. И передо мной глава заговорщиков?..
– Проходи, садись, – он указал пухлой рукой на кресло напротив своего письменного стола.
Я прошла и села. Кресло оказалось неожиданно удобным.
– Вопросов у тебя, наверное, много, – вкрадчиво сказал Луциан, складывая пальцы домиком.
– Зачем вы меня похитили? – спросила я без предисловий. – Что вам от меня надо?
Он улыбнулся – одними уголками губ.
– Похитили – громко сказано. Твой брат пришел ко мне, убедил, что ты нуждаешься в спасении от дракона. К тому же, согласись Твое место здесь, в Нижнем городе.
– Дастин мне не брат, – отрезала я, чтобы хоть чему-то возразить.
– Верно. – Луциан кивнул, не меняя расслабленной позы. – Ты не Ригз. Ты Эверли. Дочь моей дорогой Адрианы.
У меня внутри похолодело.
– Вашей дорогой? – переспросила я осторожно. – Кем вы ей приходились?
– Я был ее наставником. В академии.
Наставник. Значит, у этого человека был доступ к лаборатории Адрианы. И к стазису, который мы с Рейнаром нашли ослабленным.
Я заставила себя ни мускулом не дрогнуть. Не спрашивать. Не выдавать, что мы там были. Меньше болтать, больше слушать – вот мой план.
От собеседника, кажется, не укрылись мои намерения – водянистые глаза насмешливо блеснули.
– Давай знакомиться по-человечески, – миролюбиво предложил он. – Луциан Эймос. Потомственный светлый маг, ученый, бывший глава академии. Пост оставил десять лет назад.
– Кловер, – буркнула я.
Он улыбнулся – на этот раз шире, и улыбка вышла почти теплой.
– Лирея.
Я непонимающе нахмурилась.
Глава 3
«Лирея»
Я повторила это имя про себя. Вычурное, странное, совершенно не подходящее для девчонки, которая сбегала из приюта, бродяжничала в трущобах и воровала яблоки на рынке. Оно звучало так же уместно, как диадема на голове у бродячей собаки.
Может, Луциан его выдумал? Взял с потолка. Красивое имя для красивой легенды. Любой может подойти и сказать: на самом деле ты Розалинда или Гортензия. И что? Кто подтвердит-то?
Я впилась ногтями в подлокотники кресла – дерево было старым, чуть шершавым. Этот осязаемый контакт с кусочком своей стихии помог: немного совладала с собой.
– Понимаю. – Луциан склонил голову набок, водянистые глаза блеснули чем-то похожим на сочувствие. – Ты отвыкла от своего имени, Лира.
Сокращенное имя упало в тишину кабинета, как камень в глубокий колодец. И оттуда, из темноты, донеслось эхо – слабое, далекое, но такое настоящее, что на глазах защипало. «Ли-ра» Я мысленно протянула его по слогам, пробуя на вкус. Оно было чужим и вместе с тем удивительно родным, будто я всегда его знала, просто забыла. Где-то под ложечкой защипало – не больно, а странно-сладко, как бывает, когда находишь нечто давно потерянное.
– Вы – Голос предательски сел, пришлось откашляться. – Вы мой отец?
Луциан так поперхнулся воздухом, что я растеряла половину подозрений.
– О, нет-нет. – Он замахал руками, отчего широкая мантия взметнулась. – Меня с Адрианой объединяла исключительно любовь к магии и исследованиям. Чисто платонический союз умов.
Надо же, как испугался! Видимо, перспектива оказаться моим папашей страшила его сильнее, чем любая заварушка с Советом.
– То есть она была вам как дочь? – спросила я с неприкрытой иронией.
– Кхм. – Луциан поправил воротник мантии. – Разница в возрасте у нас всего двенадцать лет. И я не могу даже сказать, что Адриана была мне как младшая сестра. Наши отношения нельзя назвать близкими в общечеловеческом смысле. Я любил ее гений. Целеустремленность. Умение видеть магию там, где другие видели только формулы.
Он говорил это с жаром, столь явно наслаждаясь воспоминаниями, что я поверила: да, для него она была именно такой – ходячей магией, гениальной абстракцией. Живая женщина с ее сомнениями, желаниями, ошибками оставалась где-то за скобками.
– Значит, вы не в курсе, кто мой отец, – сделала я вывод.
– Не замечал, чтобы Адриану вообще интересовало что-то, кроме магической науки. Кавалеры вокруг нее, конечно, вились. Молодая, красивая, талантливая. Но она на них смотрела как на мебель.
– Тогда где она взяла меня? Наколдовала, что ли?
– Адриана эту тему не обсуждала, а я не лез. В конце концов, не мое дело.
Логично. И честно. Не то чтобы это приближало меня к разгадке, но он хоть не вешает мне лапшу про то, что был душевным другом моей матери.
– Откуда вы знаете, кто я и как меня зовут, если Адриана скрывала ребенка?