Книга «Фантомные боли», автор — Люсинда Берри. — стр.2
Она пожала плечами и начала раздеваться, по-прежнему не поднимая головы, словно щенок, который сделал лужу на полу или залез в помойное ведро. Спустила пижамные штаны. Ржавые потеки запекшейся крови покрывали все ноги. Их было много, что означало, что она резала себя весь день. Она раздевалась медленно, чтобы не задевать свежие разрезы. Я смотрела на рваные края ран, новых и старых, сплетающихся на бледной коже в сплошную паутину. На левой стороне живота остались шрамы от трех глубоких разрезов. В тот раз пришлось ехать в больницу. Чтобы остановить кровь, потребовалось больше тридцати скоб, но медики сделали все на удивление аккуратно. Если не знать, можно подумать, что это шрам от полостной операции. По правому бедру вились корявые буквы – в наш четырнадцатый день рождения она принялась методично вырезать на коже свое имя. Увидев это, я пригрозила, что тоже начну себя резать, если она не прекратит, но толку от этого не было никакого. Она продолжала резать, а я так и не решилась осуществить свою угрозу. Подносила к себе бритвенное лезвие, но не отваживалась сделать надрез. После этого я перестала останавливать ее – бессмысленно. Поняла, почему она распинает себя.
Опираясь на мою руку, она шагнула в ванну и погрузилась в теплую воду. Я взяла мочалку и принялась тереть ей спину.
– Расскажи, как прошел день. – Она постепенно начала расслабляться.
Промывая ее раны, я продолжила отчет. Рассказала, что сдала экзамен по курсу «Введение в психологию», и удивилась, что он оказался совсем легким, несмотря на объем и сложность материала. Потом, надеясь мотивировать ее начать снова выходить из дому, добавила подробностей о прекрасной погоде и о том, как приятно обдувает свежий ветерок по дороге к машине. Когда она созрела вылезти из ванны, я переключилась на истории про телемаркетинг.
– Сколько раз сегодня? – спросила она.
Я улыбнулась.
– Двенадцать. – Каждую смену я считала, сколько раз на другом конце провода бросили трубку. Мы вели постоянный учет. Пока моим личным рекордом оставалось тридцать два.
Я не сумела убедить ее посмотреть романтическую комедию. Она настояла на очередном эпизоде сериала «Закон и порядок. Специальный корпус». Никогда не понимала ее одержимость самыми темными и порочными сторонами человеческой натуры и терпеть не могла истории о детях, которых держали в клетках или продавали в публичные дома, но Эмили их просто обожала. Будь моя воля, никогда не стала бы такое смотреть.
Она устроилась рядом со мной на нашем видавшем виды диване, готовясь раскрыть очередное сексуализированное преступление с Оливией и ее командой, пока я пыталась выкинуть из головы вид ее искромсанного тела. Никак не удавалось привыкнуть к тому, что она причиняет себе боль.
– Разве мы уже не смотрели этот эпизод? – спросила я, когда передо мной начала разворачиваться смутно знакомая история о похищенной девочке, которую нашли в багажнике автомобиля.
– Да, но только один раз, а он один из моих любимых. – Она не отрывала глаз от экрана.
Терпения у меня хватило только до второй рекламной паузы.
– Пойду займусь ужином.
Я ушла на кухню и открыла холодильник. Готовить я не люблю, но была согласна на все, лишь бы не смотреть сериал. Не знаю, что я делаю не так, когда готовлю. Беру те же рецепты, что Эмили, но у меня никогда не получается так вкусно, как у нее. Она стряпает отменно, и раньше, когда не боялась выходить из дома, баловала нас экзотическими блюдами типа курицы-махани или свиных отбивных по-моденски. Она и теперь иногда экспериментирует на кухне под настроение, но, поскольку продукты покупаю я, экспериментировать особо не с чем.
Я решила сделать, что попроще, чтобы не испортить, – спагетти, – надеясь после ужина убедить Эмили посмотреть что-нибудь повеселее. Дожидаясь, пока закипит вода, я думала о своем бойфренде, Томасе, который снова принес мне на работу цветы. Он любит дарить мне цветы без всякого повода, но только не розы, потому что знает, что их я ненавижу. В букет он вложил записку с дурацким стишком, и я подтрунивала над ним до самого конца смены. Когда вода наконец закипела, я уже улыбалась, напевая про себя. Он всегда на меня так действовал.
– Чего это ты улыбаешься? – Эмили подошла ко мне сзади и, склонившись над плитой, заглянула в кастрюлю.
– Так просто, – прошло уже больше года, но я до сих пор не рассказала ей про Томаса. – Один спортсмен сегодня в классе глупость сморозил, ни к селу ни к городу. Вот придурок.
– Что ты вечно к спортсменам придираешься?
Я закатила глаза. В старших классах она обожала мускулистых парней, ничуть не смущаясь их тупостью, а тех интересовали лишь победы – на поле и над девчонками. В одиннадцатом классе парни из футбольной команды устроили себе развлечение: оценили всех девочек в баллах и соревновались, кто наберет больше, переспав с ними. За секс без презерватива полагались дополнительные очки. Эмили попала в тот список, а я – нет. Наверное, спортсмены в колледже чем-то отличаются от школьных, но выяснять нет никакого желания.
– На лекциях по медицине куча свободных мест, и туда ходит половина хоккейной команды, так что можешь прийти и сама познакомиться.