Книга «Настоящий полковник или притворись моей женой», автор — Евсения Медведева. — стр.5
— Либо в нашу деревню нормальные мужики не приезжают, либо шепотки твои не работают!
— Посмотрим, Котёночкина… Моя бабка грыжи заговаривала, от бесплодия лечила и от алкашки! Не гневи бабу Грушу, не смей, — подруга махнула пальцем, предостерегая меня.
Чёрт… И правда, чего я разбухтелась?
— Пока… — я помахала вслед подруге, а сама облокотилась подбородком о белый заборчик и тяжело вздохнула. — Прощай, мой-чужой домик…
Глава 2
Тосковать по соседскому дому, конечно, приятно, но свое хозяйство никто не отменял.
Наколола дров, затопила баню, запарила новые веники и переключилась на дом. После Мотькиных сборов по нему словно Мамай прошёлся!
Я на мгновение замерла, припала к стене из кругляка и поцеловала, мысленно прося прощения за крамольные мечты о другом доме.
— Прости, дедуль. Я больше так не буду…
За последние лет семь я почти полностью перестроила дом. Вместо четырех крошечных комнат сделала две спальни и просторную кухню-гостиную, утеплила сени, отгородила там уголок для туалета и ванной. Избавилась от старой мебели, заменила пол, окна, утеплила крышу, намереваясь через годик обустроить там сыну большую комнату.
Я словно до сих пор жила при СССР, мыслила пятилетками, собственно, и бюджет свой строила исходя из планов.
Когда не на кого рассчитывать, живется проще. Знаешь, что кроме тебя никто не сделает, никто не заработает. Главное — избавиться от иллюзий, а потом жизнь сама подскажет путь.
Запустила робот-пылесос, сняла все шторы, отправила в стирку, отпарила форму на завтра и приступила к готовке, пока не пришли мои девки.
К вечеру я уже была обессилена, так ещё Олька притащила ведро вишни. Пришлось мыть, стерилизовать банки и варить варенье. Мотька терпеть не мог выковыривать косточки, поэтому ногти свои я убила, доставая каждую, дабы моего сыночка порадовать.
Изредка поглядывала в окошко, любовалась разливающейся над рекой алой дымкой, слушала ласковый шелест деревьев, жужжание пилы дяди Семёна и детские вопли с берега. В деревне лето особое: шумное, яркое, тонущее в зеленых холмах и извилистых берегах.
Я любила это место всей своей душой… Но был момент, когда мы с Матвеем почти уехали. Я уже окончила академию и, как лучшая ученица, получила приглашение на стажировку в прокуратуру края. Мне пообещали комнату в общежитии, место в детском саду и даже небольшую надбавку с поправкой на статус матери-одиночки.
Старики меня благословили, бабуля собирала закатки, дед латал старый чемодан, когда пришла неожиданная новость… Наш бессменный участковый, он же начальник отделения полиции, слёг в больницу с инсультом.
Нет, дядя Вова не перетруждался на работе. Город у нас был тихий, мирный. Молодёжь доживала до совершеннолетия и отчаливала в поисках хорошей жизни в областной центр. Население спокойное, в основном из семейных пар и стариков. В отличие от других деревень участь вымирания нам не грозила, потому как рядом было несколько крупных производственных центров: кирпичный завод, ферма и агрокомплекс.
Работа здесь была всегда, поэтому с пьянством особых проблем не было.
Нормальный был у нас город… Нормальный!
Вот тогда жизнь моя и дала крен… Участковый слёзно просил меня присмотреть за городом. Меня, зелёную выпускницу академии! Он состряпал направление, заручился поддержкой вышестоящего руководства, совершенно не желающего искать дурака, согласного осесть в нашей глуши, поэтому мою стажировку в прокуратуре завернули.
Через месяц дядя Вова оклемался, вышел на работу. Но он только значился начальником участка, а всю основную работу свалили на меня… Вот с тех пор я и ношу гордое звание ВРИО, и даже когда дядя Вова умер, мой статус не изменился.
Сколько бы порогов я не обошла, никто из руководителей не хотел утверждать бабу на постоянное место. Им был удобен статус временно исполняющей, опять же метод давления имеется. Правда, зарплату они мне все же подняли, чтобы не вякала. И даже звание присвоили, тоже чтобы не вякала, ну и завершающим актом невиданной щедрости стал подарок в виде Булкина и его огромной склочной семейки. Генка где-то сильно напортачил, раз был отправлен в ссылку. Но я даже вопросов не смела задавать, взяла все, что предлагали, чтобы вновь не остаться одной.
Сначала было обидно… А потом даже порадовалась. Сын под присмотром стариков. Сытый, счастливый, весёлый. Ни один детский сад не заменит заботы родного человека. А когда у нас, в рамках образовательной реформы, открыли гимназию, я и вовсе успокоилась.
— Лен, ты что, оглохла? Опять о доме том мечтаешь? — Олька стукнула по подоконнику, привлекая моё внимание. — Мы уже здесь!
— Пока не сварю варенье — никакой бани! — рыкнула я и закрыла окно. — Сама же мне вишню притащила!
Со двора послышался бабий смех, следом быстрый бег по сеням, а после открылась дверь в дом. Первой вбежала Олька Дудина, за ней Анька Смолова.