Книга «Тайна мыса Пицунда», автор — Николай Свечин. — стр.5
– Слышали последнюю новость? Сухомлинова вчера арестовали и посадили к крепость. Начато дознание.
Власти давно подбирались к бывшему военному министру, готовя из него очередного козла отпущения. Легкомысленный человек, тот действительно был виноват в том, что русская армия так плохо подготовилась к войне. Но не только он один! Поэтому барон лишь скривился и молча вышел.
Через четверть часа Таубе пересказывал Гучкову беседу с начальством. Политик только-только излечился от тяжелой болезни и выглядел утомленным. В обществе ходили слухи, что его отравила «распутинская клика». Октябрист слушал и ругался:
– Все надо делать самому, никто ничего не умеет и уметь не хочет! Совершенно выродились решительные люди навроде вашего Лыкова. В позапрошлом веке дворяне двух государей удавили, а тут мужика-конокрада не могут… Старик, стало быть, умыл руки. Пусть Россия сдохнет, зато он останется верен присяге. Ну ладно. Обойдемся без него.
Промышленник сел и сказал уже спокойным голосом:
– Генерал Крымов готов арестовать Николая Романова на пути из Ставки в Царское Село.
– Александр Михайлович? Начальник Уссурийской кавалерийской дивизии?
– Он самый.
– Но его дивизия далеко отстоит от Царского Села! Крымов сейчас на Юго-Западном фронте.
– Зато Крымова любят в войсках, – парировал Гучков.
– Да, Александр Михайлович храбр, энергичен, прямые его подчиненные пойдут за ним хоть в пекло, – кивнул барон. – Но одной дивизии для переворота недостаточно. Нужны еще части, и лучше, чтобы из столичного гарнизона.
– Мы работаем над этим.
– Вы это кто? Думские деятели? Но требуется военная сила, а не ваша говорильня.
– Будет и сила. Некоторые запасные батальоны готовы перейти на сторону в случае… ну, когда начнется.
– И когда начнется? – не удержался от трудного вопроса генерал-майор.
– В этом году, ближе к осени, – признался политик. – Еще не все готово. Но идут переговоры с гвардейской кавалерией, там уже не могут терпеть то, что происходит. Распутина к стенке. Государя на завалинку, нехай отдыхает. Жену его, стерву, в монастырь. Царевич Алексей около трона пусть ждет совершеннолетия, а регентом при нем поставим великого князя Михаила Александровича. Завершим войну и начнем думать о реформах. Я за конституционную монархию; России все еще нужен царь. Не такой, как нынешний, но царь. Ну, вы с нами, Виктор Рейнгольдович?
– С вами, – категорично ответил Таубе. – Тоже нет сил смотреть, как губят страну. Значит, осенью? А вы справитесь с полицией? Они могут не смириться с отставкой государя. А у градоначальства сейчас и пулеметы есть. Не хочется воевать с городовыми, там честные служаки. Лучше бы договориться.
– Я только что помянул вашего Лыкова. На чью сторону он встанет? И правда, что авторитет его в полиции градоначальства таков, что Лыков может в одиночку убедить полицейских поступить, как нужно нам с вами?
– Черт его знает, – озадаченно ответил генерал. – Алексей Николаевич в почете у петроградской полиции, всю жизнь провел с ней бок о бок. Пожалуй… хгм… пожалуй, сможет. Если захочет.
Гучков сощурился:
– А если придется прогонять полицию с улиц против их воли? Тем же свинцом…
– То есть когда начнут убивать городовых? Нельзя этого допустить!
– Виктор Рейнгольдович! Вы когда-нибудь устраивали революцию? Нет? И я нет. Что начнется, когда власть зашатается, никто не знает. Какие шлюзы откроются… Кровь прольется неизбежно, революций без крови не бывает. Ну? Как поступит Алексей Николаевич?
– Возьмет винтовку и побежит защищать своих городовых, – уверенно ответил барон.
– Даже так? Ну-ну. Запомню. А пока знаете что? Где сейчас господин статский советник?
– В Нижнем Новгороде, ловит какого-то особо опасного преступника.
– Но скоро вернется?
– Надо полагать. У него беда – жена погибла. Она поступила медицинской сестрой на госпитальное судно. А его в Черном море утопила германская подводная лодка.
– Слышал, – равнодушно кивнул политик. – Время такое: все мы чем-то жертвуем ради любимой России. У Милюкова вон сына убили…
Потом откинулся на спинку стула и пристально посмотрел в глаза собеседнику:
– Во время революции Лыков мне не понадобится, от него будет только вред нашему делу. С винтовкой он побежит… Ишь! Придумайте ему поручение подальше от Петрограда. Такое, чтобы увяз в нем и надолго убыл из столицы. Желательно до самой зимы.
– Я ему не начальник, какие от меня к нему могут быть поручения?
– А по линии контрразведки, к примеру. У Лыкова хорошо получается, он уже забыл, как ловят уголовных, все чаще и чаще ему поручают поймать шпионов.
– Жаль, Джунковского нет, он бы приказал, – вздохнул генерал.
Промышленник ответил ему таким же вздохом:
– А уж как мне жаль!