В гостиной Северских было так же уютно и светло, как в прошлый раз. Аленка, получив печенюшку, восторженно запищала и немедленно попыталась накормить ею деревянную лошадку. Лошадка, в отличие от некоторых людей, к новым продуктам относилась без предубеждения. Анастасия Павловна смеялась, князь смотрел на жену и дочь с тихой нежностью, и в этой комнате было столько настоящего домашнего тепла, что у меня на мгновение защемило сердце.
Мы пили чай и говорили о пустяках: о погоде, прошедшей ярмарке, предстоящих праздниках. О том, о чем говорят люди, у которых мир не упирается в пошлину, капитал и чужую фамилию. Княгиня ни словом не обмолвилась о моих трудностях, словно мы и правда были просто добрыми знакомыми, решившими провести в компании друг друга морозный полдень. И за эту деликатность я была благодарна ей едва ли не больше, чем за все, что она уже для меня сделала.