Книга «Дети Антарктиды. На севере», автор — Даниил Корнаков. — стр.2
Матвей прикоснулся к холодной рукояти лука и наложил карбоновую стрелу на тетиву.
– Давай, у тебя неплохо получалось, – подбодрил его канадец, вспоминая недавние уроки стрельбы по алюминиевым банкам. – Целься в голову или шею – не прогадаешь.
Матвей глубоко вдохнул и задержал дыхание. Стрела заметно гуляла из-за озябших рук и усталости. Подгадав момент, он разжал пальцы. Раздался свист, затем – глухой удар: стрела угодила в булыжник позади оленя, пролетев всего в нескольких миллиметрах от белого загривка.
Зверь резко поднял голову и бросился наутёк.
– Ещё, ещё! – скомандовал Шаман.
Матвей, следя за животным, вслепую выхватил из рук товарища стрелу, натянул тетиву и выстрелил. Мимо. Наконечник вонзился в ствол молодой сосны.
Рука потянулась за третьей стрелой, но было поздно – олень скрылся в гуще леса, оставив после себя лишь выбитые копытами комки грязи.
– Тварь! – обозлённо выругался Матвей, ударив кулаком по земле. Он едва сдержался, чтобы не швырнуть проклятый лук в ручей. – Говорил же, надо огнестрелом!
– Ты поторопился, – с досадой произнёс Шаман. – Выждал бы ещё немного – тогда бы попал.
– Да куда уж! Держал до последнего – пальцы уже онемели.
– Ладно, не расстраивайся, – отмахнулся Шаман. – Догоним его позже. А сейчас надо бы сделать привал, согреться и затем с новыми силами таки достать эту сволочь.
– В следующий раз стреляю из винтовки, – сказал Матвей. – Лучше уж потратить пару патронов, чем возвращаться с пустыми руками. А то не мерзляки, так голод прикончит.
– Да, пожалуй, ты прав, – согласился Шаман. – Давай разобьём лагерь прямо здесь. Заодно фляги наполним. Я пока гляну следы – может, он далеко и не ушёл, успеем нагнать. А ты займись костром.
Шаман отправился по следу, по пути подобрав две выпущенные стрелы. Матвей срезал ветку сосны и начал строгать её ножом, подготавливая трут и изредка посматривая в сторону, куда убрёл старший собиратель. Может, и впрямь зверь далеко не умчался и Шаман его подстрелит? Да нет, сказки. Всё везение они растеряли в ту самую минуту, как покинули Приморск. С каждым километром становилось лишь хуже.
Закончив с растопкой, он собрал несколько небольших камней, разложил их кругом и осторожно насыпал в центр трут. Затем достал ваттбраслет и приготовился вызвать замыкание, но вдруг со стороны, куда ушёл канадец, раздался душераздирающий вопль.
Сердце ухнуло в пятки. Кричал определенно Шаман, но до этого момента Матвей и представить не мог, что человеческий голос может звучать так жутко.
Он схватил винтовку и бросился на крик. Тот не утихал, превращаясь в яростный зов о помощи. Потом послышался сдавленный всхлип – предвестник беды.
Через минуту Матвей оказался на небольшой лужайке. Перед ним предстала жуткая картина: потрошитель – мерзкая тварь, которую они не встречали уже полторы недели, – рвал на куски беспомощного канадца, пытавшегося дотянуться до блочного лука, лежащего рядом.
Матвей не колебался. Он прицелился, сделал шаг вперёд и открыл огонь по конечностям, впившимся в тело Шамана. Мерзляк бросился в атаку, но пули, попавшие точно в цель, сделали своё дело: он не бежал, а еле волочился, прихрамывая.
Пять выстрелов. Десять. Пятнадцать.
Потрошитель почти сдох.
Последние две пули – те, что предназначались для оленя, – прикончили монстра.
На секунду Матвея парализовало, но он вырвался из оцепенения и кинулся к Шаману. Канадец судорожно ловил воздух ртом. Левая рука и нога отсутствовали. Половина лица была изуродована. Кишки вываливались наружу.
И всё же он продолжал дышать.
У Матвея зазвенело в ушах. Он отвёл взгляд, понимая, что Шаману не выжить, и с трудом заставил себя снова посмотреть на друга.
Канадец протянул руку.
– Матвей…
Собиратель почувствовал, как горло сдавила невидимая хватка.
Он коснулся ладони товарища – в ней всё ещё чувствовалась сила, несмотря на агонию.
– Уходите… слышишь? Дальше, на север…
Матвей молча покачал головой.
– Вы справитесь. Ты справишься. – Шаман крепче сжал его пальцы, словно хватаясь за спасительную соломинку
– Спасибо тебе, – тихо сказал Матвей. – За всё.
Шаман выдавил слабую улыбку:
– Какой же я собиратель, если рано или поздно не помру от мерзляков… скажи мне, какой же я…
На губах вспухла кровавая пена. Через несколько секунд легендарный собиратель испустил дух.
Наступила оглушительная тишина. Ни скрипа деревьев, ни пения птиц, ни ветра. Даже собственное дыхание Матвей услышал не сразу.
Он снял с тела поясной колчан, подобрал окровавленный лук и со всех ног бросился обратно в лес.
Дневник Арины Крюгер
День первый. Полдень