Книга «Закон «белых мелочей»», автор — Юлия Ефимова. — стр.4
Мужчина ошарашенно на нее смотрел, словно не ожидал такого поворота, он, видимо, просто хотел еще поругаться, но как это сделать после извинений, да еще и с денежной компенсацией, пока не понимал, и потому просто повторил:
– Фу, такой быть, – и, увидев, что Тома не думает останавливаться, последовал за ней. – Мне ничего от вас не надо, заберите сейчас же свои деньги, я деловой человек, и мне не нужны ваши подачки, – ворчал он.
– Это тебе за беспокойство, и давай уже расстанемся. Ты уделяешь мне слишком много времени, я уверена, у тебя масса дел, например, идти прямиком в яму под названием «алкоголизм», – Тамара не выдержала и все же съязвила, хотя, видит бог, хотела мирно завершить этот разговор.
– Что сразу алкоголизм-то, может, у меня повод есть? – бормотал мужик, продолжая идти за ней. – Может, я из ЗАГСа еду.
– Прими мои поздравления! – бросила Тома раздраженно, этот субъект стал уже пугать.
– Спасибо, конечно, всегда приятно доброе слово, – сказал он. – Только вы не торопитесь делать выводы, мало ли что меня туда заставило идти, например, развод, а с ним не поздравляют.
– Ну это как посмотреть, бери деньги, иди дальше отмечать, и оставь уже меня в покое, – попросила Тамара настойчиво.
– Не, – вздохнул мужик, пытаясь пригладить рыжие лохмы, – я так не могу, я обязан их отработать. Могу натурой.
– Ты долбанулся совсем! – Тома аж задохнулась от такой наглости. – Ты себя в зеркало-то видел, чтобы мне такое предлагать?
– Пардон, мадам, я не так выразился. Мои намерения чисты, как слезы ангела. Хотя зеркало, конечно, не помешало бы.
– Боже, какой треш, – выдохнула Тома. – Откуда столько пафоса? Ты что, типа бывший интеллигент?
– Слово «бывший», конечно, удручает, но так оно и есть, – дохнул перегаром мужчина. – Давайте я вам экскурсию по городу проведу, вы-то приезжая.
– Как ты понял, что я приезжая? – спросила Тамара. – Ты что, всех местных знаешь?
Она оглянулась. Люди, что вместе с ними вышли из автобуса, уже разбрелись кто куда, и улица была практически пуста. По одной стороне она возвышалась какими-то развалинами, а в ее конце виднелся небольшой торговый центр, пестрящий рекламой на своих боках. Тамаре на миг показалось, что даже время в этом городе идет по-другому, медленно и лениво, вот как кот, который сейчас переходил, а не перебегал, как нормальные коты, улицу. Тени уже вовсю ложились на землю, и в их власти жара переставала быть чем-то отвратительным, а город, утопающий в зелени, становился уютным и добрым. Словно бы здесь нет и не может быть ничего плохого.
– Город у нас маленький, к тому же специфика у меня такая: постоянно на людях, в общении, – пожал он плечами, потрогав свою щетину.
– Ну, специфика – это да, – хмыкнула уже беззлобно Тома, – специфика у тебя особенная.
– Ваш сарказм понятен и обиден, но я все же попытаюсь реабилитироваться в ваших глазах. Про специфику вы неправильно поняли.
– Даже не начинай, у тебя все равно не получится, – перебила она своего преследователя.
– Вот вы, скорее всего, на местный химзавод приехали, – грязный, лохматый и небритый бывший интеллигент продолжал плестись сзади, обращаясь к ней исключительно на «вы». – Заметили мой аналитический ум? А?
– Ты не проницательный, – засмеялась Тома, – просто кроме завода, приезжих здесь вряд ли что-то может заинтересовать.
– Ну вот вы и не правы, – возразил ей мужик. – Кстати, позвольте представиться, Виктор Варфоломеевич.
– Твой папа Варфоломей? – прыснула Тома. – А по тебе так сразу и не скажешь.
– Это долгая история, я вам обязательно расскажу ее в следующий раз, – ответил Витя многообещающе.
– Боже упаси! – открестилась от этой перспективы Тамара.
– И он, кстати, там тоже участвует, но сейчас про интересные места. Вот мы с вами как раз проходим мимо Храма Святого Варфоломея, как ни странно, названного не в честь моего папы, а наоборот.
– В смысле наоборот?
– Пока не знаю, – честно ответил Витя.
Тамара глянула вокруг, но увидела лишь развалины да горы битого кирпича.
– Он прозрачный? – уточнила она у бомжеватого Вити и с сожалением поймала себя на мысли, что тот все же втянул ее в разговор.
– У вас прекрасное чувство юмора, – констатировал Варфоломеевич, – но вы зря его применяете к духовным местам. Да, храм не сохранился, во время войны в него попала бомба, но место все ж святое.
– Вот ты сейчас серьезно, это ваша достопримечательность? Господи, – она подняла голову к небу, – я разговариваю с бомжом и еще и при этом спорю с ним. Уйди уже, а, – попросила она Витю.
– Ну, вот вы, мадам, неправы абсолютно, – ответил он спокойно, – вот нисколечко. Во-первых, я не бомж, во-вторых, недавно эти завалы начали разбирать, чтобы восстановить храм.
– Недавно? – Тома рассмеялась еще громче, и ее смех стал больше похож на истерику. – А что, раньше времени не нашлось? Вам на это восемьдесят лет понадобилось?