Книга «Неверная жена», автор — Лина Коваль. — стр.25
Глава 17. Виктория
Темнеет в мае ещё очень рано, поэтому пока мы выезжаем из города на улице становится довольно сумрачно.
– Так куда мы едем? – спрашиваю ещё раз Матвея. Он откинулся на кресло и достаточно расслаблено ведёт автомобиль. Проезжаюсь взглядом по рельефному телу. Это вызывает ответную жгучую реакцию чуть ниже груди.
– Я ж сказал, прокатимся, – широко улыбается, сверкая белоснежной улыбкой.
Надо заметить, что в свои тридцать три года я таких позитивных людей редко встречала. Не знаю уж со всеми ли он такой, но даже когда я веду себя отвратительно грубо, он не подаёт вида и гасит моё недовольство одной ухмылкой.
В повседневной жизни я редко могу высказать в лицо свои эмоции. С Лёшей по-человечески мы давно не общались. С мамой проще стерпеть, чем разводить очередной скандал. На работе же два варианта – либо это руководство, которому чревато возражать и приходится закрыть рот на замок, либо это подчинённые, которые так или иначе сделают так, как я скажу.
Вот и получается, что Матвей своего рода праздник в моей жизни. Короткая вспышка. С ним можно быть собой. То, что это будет недолго – факт.
Он проезжается взглядом по моим сложенным на сидении ногам. Невозмутимо отворачивается и задумчиво молчит.
Я не должна вспоминать о его девушке, но не получается, как бы я ни старалась. Лика звонила два раза, пока мы стояли в очереди на автозаправке. Андреев не ответил, просто безразлично перевернул телефон экраном вниз. Я проявила несвойственную себе деликатность.
– Где Марк? – спрашивает, постукивая большим пальцем по рулю.
– У бабушки.
– У твоей мамы?
– Да.
– А отец?
– Что отец? – свожу брови к носу. Он про Лёшу?
– Твой отец, – поправляется.
– А-а- а… Его нет в живых, – тихо произношу.
– Ясно, – кивает. – Прости.
Дёрнувшись, отворачиваюсь к окну.
– Чем ты занимаешься в банке?
– Это что, какое-то анкетирование? – говорю в пространство.
– Нет, – смеётся он. – Пытаюсь заговорить тебя.
– Смысл? – удивляюсь.
Пожимает плечами и потирает подбородок. Как заворожённая слежу за мужчиной. За тем, как мерцает его бронзовая кожа в отблеске фар и перекатываются мышцы на руках. Как слажены его движения. Матвей глазами ловит мой взгляд и обжигает своим, поймав.
Качаю головой. Наваждение какое-то.
Я всегда была рациональной. Правильной. Такой как надо всем. А сейчас еду по ночной трассе практически с незнакомым человеком, с которым ещё пару часов назад у меня был самый невероятный секс в моей жизни. Прикрываю глаза, Маша бы меня похвалила. А я моментами проваливаюсь в бездну отчаяния и стыда. Периодически цепляюсь за какие-то выступы и делаю передышку, а дальше снова падаю.
Бездна неизбежна…
– Эй, Вик. Ты там спишь что ли? – касается пальцами моего колена и чуть сжимает.
– Нет, – открываю глаза. Смотрю на широкую ладонь перед собой.
– Хочешь, анекдот расскажу? – говорит весело.
– Расскажи, – буркаю.
– Парень приходит в публичный дом…
– Матвей, – кричу, округляя глаза.
– Слушай давай. Ну и вот, занимается сексом с двумя девушками. Тут вдруг облава, полиция. Одну спрашивают: «Работаешь тут?». Она говорит: «Нет, что вы? Я массажистка». Вторая добавляет: «А я педикюр делаю». Парень вдруг возмущается: «Нет, вы только посмотрите на них. Ещё окажется, что проститутка – это я».
Качаю головой и хохочу. Ненормальный.
Матвей чуть отклоняется. Ладонью лениво продолжает поглаживать мою ногу. Левая рука свободно располагается на руле.
– Ты извращенец, – говорю, скидывая его конечность с себя.
– Ещё какой, – тянет загадочно.
Руку убирает и больше до конца поездки меня не касается, а мне вдруг очень хочется. Чтобы касался…
Съезжаем с трассы на просёлочную дорогу, проезжаем небольшой участок леса и через пару минут останавливаемся рядом с огромным пустым полем.
– Мы что, уже приехали? – спрашиваю его, скидывая ноги с сидения. Пытаюсь что-то разглядеть за окном.
– Ага, – гасит фары. – Пошли.
– Куда? Ты в себе? Там темно и страшно, – повышаю голос. Нервничаю.
– Пошли, говорю. Чего ты боишься, я же с тобой.
Замираю в нерешительности, а потом берусь за кроссовки, сброшенные на резиновый коврик. Матвей с заднего сидения забирает толстовку.
– Надень, – кидает её мне.
Послушно просовываю руки в рукава и одеваюсь. Вещь вкусно пахнет стиральным порошком и немного его туалетной водой.