Книга «Неверная жена», автор — Лина Коваль. — стр.42
– Ну, сожалеть. Пока ты находишься в сожалении, ты теряешь время. Деструктивная эмоция. Разрушительная.
– Да я понимаю. Но не думать об этом пока не выходит.
Затягиваюсь её ароматом, который витает в воздухе с того момента, как мы отъехали от отеля. Поправляю шорты.
– Тогда посмотри на это по-другому. Если бы ты не выбрала тот самый институт и не познакомилась с… – стискиваю зубы до хруста. – У тебя не было бы Марка, который мило сопит на заднем сидении.
– Это да, – произносит она тепло улыбаясь и заглядывая через плечо, отчего платье смещается и в зоне доступа моих глаз оказывается полупрозрачное белье, которое тут же хочется потрогать руками.
Вместо этого провожу несколько раз ладонью по своему затылку и потираю щеку.
– Ну а если бы ты выбрала танцы, не факт, что мы бы с тобой повстречались в прошлом месяце, – добавляю.
– Да, – шепчет она. – Если так смотреть, то вроде как все к лучшему?
– Конечно, – подтверждаю и получаю невесомый поцелуй в щеку.
Я так классно разложил ей теорию, что начинаю прогонять свою жизнь через неё же, пока несусь по пустой трассе.
И вроде все совпадает. Кроме болезни матери.
Почему она умирает? И где здесь, черт побери, твоё «к лучшему», Господь Бог? Ошибочка вышла в небесной канцелярии.
– Спасибо тебе, Матвей, – выговаривает Вика осторожно.
– За что? – удивляюсь.
– За то, что появился, – отвечает, смущаясь.
– Я уже никуда не уйду, – обещаю и сам в это верю.
Руку на отсечение даю.
Около получаса двигаемся свободно и снова застреваем в пробке на въезде в Анталию. Марк внезапно просыпается и вполне ожидаемо просится в туалет. Да и перекусить бы уже не мешало.
Паркуюсь возле обыкновенной придорожной кафешки.
Пока Вика с малым идут в туалет, решаю свериться с маршрутом. Я давно не был в Турции и, если честно, немного позабыл расположение основных автомобильных развязок.
Подключаю телефон, дожидаюсь пока загорится экран, и по привычке первым делом захожу в сообщения от Мавроди.
Прочтя, каменею.
Это пиздец.
Снова и снова перечитываю буквы, складывающиеся в слова.
Вика с Марком, кажется, возвращаются. О чем-то мило болтают, их разговор проходит фоном, я даже смысла разобрать не могу. В ушах только проклятое сообщение на повторе.
– Матвей, мы идём обедать? – спрашивает Вика.
Перемещаю на неё затуманенный взгляд. Не могу.
– Матвей, господи, что случилось? – ужасается она.
Открываю дверь. Отворачиваюсь.
Медленно веду взглядом вдоль уютной набережной, морской глади и синего горизонта.
– Я сейчас, Вик, – произношу слишком мягко, не видя её эмоций.
Иду куда глаза глядят. Кажется, что я отошёл уже метров на сто, когда передо мной возникает автобусная остановка.
Сажусь на лавку и не могу затормозить слёзы.
Я грёбаный мужик.
Мне двадцать пять лет! Но моему организму похуй. Он малыми дозами выдаёт безысходную сырость.
Глава 28. Виктория
– Мама, а где Матвей?
– Не знаю, – отвечаю сыну, посматривая в сторону дороги.
Что у него случилось? Когда мы уходили в кафе, он был вполне обычный. Позвонил кто-то? Написал? Может, девочка его?
Последние два дня я живу в воздушном взбитом облаке. Вокруг одна совершенная сахарная вата. Очень не хотелось бы внезапно возвращаться в реальный мир.
Куда он отправился? Бросил нас одних на лютой жаре и упёрся. Это нормально вообще?
Психую, постукивая пальцами по чёрному пластику на двери.
Матвей возвращается лишь через двадцать минут. Кожа неестественно бледная, глаза покрасневшие, волосы в адском беспорядке, будто их хозяин силился их рвать на себе.
– Что случилось? – задаю ещё раз вопрос, на который он так и не ответил.
Невозмутимо заводит двигатель, смотря прямо перед собой. Затем поразмыслив, снова гасит. Поворачивается и хватает меня за руку, словно не наблюдая моего упорного сопротивления.
Здесь Марк. Он может негативно отреагировать на наши даже самые простые прикосновения.
Но Андрееву пофиг.
– Нам надо вернуться, – говорит печально. В бездонных глазах разбитое стекло, вызывающее волну ужаса чуть ниже груди.
– В смысле, вернуться? Мы же только уехали.
– Мне надо возвратиться домой. Сегодня же.
– Что стряслось? Я тебя в третий раз спрашиваю, Матвей.
Он чуть оглядывается на Марка и как-то заторможенно ему подмигивает, затем снова переключает внимание на меня.