– Ариадна, в ребро тебе палочку… Что ты здесь делаешь? Тебя весь город ищет, – магистр магии сел, облокотившись на стену. Снежинки покрывали чёрные волосы толстым слоем.
– Ну, сижу, как видите, – я пожала плечами, – пойдёмте на матрас, там не так холодно от пола, есть одеяло и не долетает ветер из окна.
– Я смотрю ты уже обжилась, – хмыкнул магистр, – ну, пойдём. Только никому не говори, что мы с тобой на одной постели сидели, а то брат от меня мокрого места не оставит, – мужчина встал и я в след за ним.
– Брат!? О каком брате Вы говорите?
Он не хотел говорить, желваки играли на лице, он уводил взгляд карих глаз по сторонам, но я вновь и вновь находила его взгляд и смотрела не отрываясь. Через несколько минут таких гляделок магистр сдался:
– Прохор конечно, какой же ещё.
– Теперь я ещё больше не понимаю! Потрудитесь объяснить более подробно!
– Предложение с матрасом ещё в силе? Пойдем присядем, разговор будет долгим.
Рабочий кабинет утопает в мягком, золотистом свете свечей, они расставлены по всему помещению: на массивном письменном столе, на книжных полках и на камине. Канделябры с длинными тонкими свечами добавляют комнате торжественного и загадочного шарма.
Старинный рабочий стол занимает центральное место в кабинете. Он сделан из тёмного дерева, с резными ножками и изящными ручками ящиков. Поверхность стола гладкая, отполированная временем, на ней лежат несколько книг, перьевая ручка и кипа бумаги. Рядом стоит продавленное кресло с высокой спинкой, обитое бархатом глубокого зелёного цвета, лакированные подлокотники потёрлись и кое-где отсутствует глянец.
Плотные шторы из тяжёлого бархата закрывают окно, не пропуская внутрь свеьа лучика луны и бликов звезд. Они придают кабинету защищенности, создавая ощущение полной изоляции от внешнего мира.
На полу лежит толстый ковёр с замысловатым узором, приглушающий шаги. В углу кабинета стоит глобус на деревянной подставке, рядом с ним – небольшой диванчик с мягкими подушками. В воздухе витает аромат воска и книжных чернил. У камина стоят двое мужчин, пьют коньяк из пузатых стаканов и смотрят на танцующие языки пламени.
– Ну? Что-то известно?
– Раздобыл информацию, конечно не густо, но хоть что-то. Итак, узнал что она работает по родовому гримуару. Её предшественницы могли беспрепятственно проходить через порталы, когда хотят, а не когда они требуются. Чайная лавка в том мире работает без перебоев, отбоя от клиентов нет. Подрастает внучка, но она не будет наследницей, потому что Госпожа нашла в гримуаре эликсир бессмертия, но использовать его можно только в одном из миров. Думаю, она выберет наш, здесь проще скрыться.
– Надо раздобыть эту вещичку, – магистр магии задумчиво потёр подбородок.
– Невозможно. Он идёт в руки только по роду и в паре с браслетом, который сам себе выбирает хозяйку.
– Про браслет знаю, но как тогда Госпожа пользуется гримуаром без него?
– Нашла потаённый ключик, иначе тут никак не сходится, либо прячет браслет.
– Совет будет не рад такой информации. Всё в мире должно быть честно, никто не может жить сколько хочет, у всех и всего есть срок. Нам надо решить эту проблему.
– Я на такое не пойду! – Собеседник магистра отошёл от камина к окну, сильные руки раскрыли шторы, впуская ночной сумрак в кабинет.
– Думаешь я буду марать руки? Пусть этим занимается совет, а уже после решения одной проблемы, займёмся другой: чуть сотрём память прислуге и представим тебя конюхом, с самого детства служащего на Госпожу. Вот ты и узнаешь все секреты этой семейки. А там гляди подоспеет новая Госпожа, молодая, наивная, мы должны с ней договориться! – Магистр вылил остатки коньяка в огонь.
– Почему не ты? Почему засланцем буду я?!
– Потому что я магистр магии, а ты отказался от мантии, силы и ответственности в пользу флёра серого кардинала! Ты прекрасно знаешь, что я занимаю твоё место! Ты должен решать эти проблемы, а я исполнять приказы, но тебя это не устроило. Тогда отец переиграл наше предназначение в обществе и тебя его решение устроило. В чём же я не прав, Прохор? – Елисей Аристархович подошёл к собеседнику и уставился немигающим взором в окно.
– Брат, не надо напоминать про отца, прошу…
– Эта боль останется рубцом на сердцах до конца наших дней. Очень жаль, что Госпожа и её подружка затеяли гнусную игру, в первом матче которой отец проиграл…
– М-да… Неожиданный поворот… Такого в бульварных романах не придумаешь, – гнев кипел в жилах, но я не показывала этого магистру, – то есть я просто разменная монета?
– Изначально была и нашёл я тебя специально, и портал открыл в доме, и Глафиру подговорил, – на этот раз Елисей Аристархович пытался поймать мой взгляд, который я старательно уводила, – Прохор не такой как я. Нет в нём стержня, он всех прощает, всем находит оправдания и пытается сделать мир, где единороги живут на радуге, питаются бабочками, ну, ты поняла, думаю.
– Ещё как поняла, – сердце пропустило пару глухих ударов и сжалось в комок. А ведь я поверила в его чувства! Влюбилась! Как же так? Очередная попытка построить отношения потерпела фиаско. Сейчас было совсем не важно, что мы сидели в холодном подвале и возможно это последнее, что я увижу перед с. м. е.р.т.ь. ю. По сути меня уже у. б. и.л.о словами магистра, – правильно ли я понимаю, что моя бабушка и есть Госпожа?
Магистр громко сглотнул:
– Да, так и есть. Она не успела сделать эликсир вечной жизни.
– Кто её…?
– Это планировал сделать совет, нам не давали подробностей. Ариадна, послушай, всё только кажется таким жестоким и непонятным. Пойми, во всём должно быть равновесие!