– Значит так, когда мы отсюда выберемся, я приду в совет и мы вместе уничтожим браслет и гримуар, но это будет последнее, что мы сделаем вместе. Дальше наши пути разойдутся, – я пыталась согреться, обнимая плечи, но холод, исходивший из сердца не пропадал. В этот раз глупое сердце не выдержало и покрылось льдом, нежность, романтика и мечтательность исчезли, а на их месте появилась пустота и нестерпимое желание выжить, чтобы покончить с книгой, за которой охотится совет.
– Нужно придумать план побега, понять кто упрятал нас в подвал детского дома и для чего, – Елисей Аристархович подошёл к затянутой паутиной полке.
– Зачем план? У нас же есть магия!
– Ариадна, девочка моя, спустись с небес на землю! Нас чем-то опоили и теперь мы не одни из сильнейших, а обычная парочка людей! Ты видела хоть одного, кто притащил тебя сюда? Кто закрыл портал?
– Теперь долгий монолог будет у меня…
Глава 32
Магистр магии, словно зверь в клетке, метался из угла в угол по каменному полу. Его шаги были тяжелыми и громкими, эхом отдаваясь в пустом пространстве. Лицо его искажала ярость, карие глаза горели огнем, а губы сжимались в тонкую линию. Руки сжаты в кулаки, пальцы побелели от напряжения.
Каждый шаг сопровождался глухим ударом каблуков о камень, словно удары молотка по наковальне. Он останавливался на мгновение, переводя дыхание, затем вновь начинал свое беспокойное движение, испепеляя меня взглядом. Его грудь вздымалась от быстрого дыхания, а голос, когда он начинал говорить, звучал хрипло и угрожающе.
– Он в своём уме?! А чем думала ты, когда забирала от меня эту п. р. о.ф.у.р.с.е.т.к.у?!
Время тянулось бесконечно, и каждый круг по комнате казался длиннее предыдущего. Камни пола, казалось, впитывали его злость, но не могли ее погасить. Он продолжал ходить, как одержимый, пока не начал хрипло дышать. Тогда он остановился, прислонился спиной к холодной стене и закрыл глаза:
– Ариадна, нам нужно выбраться отсюда. Нужно как-то восстановить силы, но сколько будет действовать яд мне неизвестно. По идее, должно хватить несколько суток, но если нас за это время не будут поить и кормить, то магические силы уйдут на поддержание жизни в организме, мы не сможем колдовать в таком состоянии, – голос Елисея Аристарховича угасал с каждым словом, он говорил и сильнее убеждался в том, что наша участь уже предрешена.
Я сидела на всё том же матрасе, уже ставшим родным, как пуховая перина в усадьбе. Голод давно давал о себе знать, скручивая желудок в тугой узел, ударяя по вискам барабанной дробью, заставляя мозг полностью отключить мыслительные процессы. Отвечать магистру магии не было смысла, мы прекрасно понимали, что нас ждёт голодная и холодная с. м. е.р.т.ь, но и сидеть сложа руки нельзя. Я рывком встала и подошла к полке обвешанной паутиной и принялась рыться в книгах, разлепляя вымокшие странички и пытаясь разобрать размытые письмена. Мужчина подключился ко мне и внимательно вглядывался в корешки книг. За этим делом нас и застала Глафира.
Женщина шла по подвалу с удивительной грацией и уверенностью. Её шаги были размеренными и уверенными, каждый шаг отмерялся точно и плавно. Свет керосиновой лампы, которую она несла в руках, отбрасывал длинные тени, подчеркивая её фигуру. Она двигалась спокойно, не спеша, словно знала каждый уголок этого подвала наизусть. Её осанка была прямой, плечи расправлены, голова поднята высоко.
В каждом движении читалась сила и уверенность, словно ничто не могло поколебать её внутреннего состояния, словно она пыталась ещё раз доказать нам с магистром, какая пропасть разверзлась между ней и нами за решёткой. Взгляд её был устремлён вперёд, глаза смотрели пристально и решительно. В них читалась неприкрытая самоуверенность. В воздухе витал тонкий аромат её духов, напоминая мне о другой жизни за пределами подвала:
– О, голубки мои! Вы как тут? Чаю? Кофе? Может закуски? – Голос Глафиры лился медовой патокой.
– А почему не яду? Решила поцеремониться или показать нормы гостеприимства? – Мужчина упёрся руками в стол, сдерживая порыв гнева.
– Зачем ты так? Со своим палачом надо дружить, мальчик мой! Того гляди, уйдёшь к папеньке без мучений, – женщину забавлял разговор, она перевела взгляд на меня, – душенька моя, твой котик у нас и уже готов на все условия, лишь бы мы сохранили ему жизнь. Вот тебе и родовой фамильяр, смешно, не правда ли? – Получив в ответ молчание, она продолжила, – забыла сказать, твой второй ушастый дружок пропал, а лошади умчались галопом по полям, прислуга сидит дома и ждёт своего конца. Мне не жаль, что уходит эпоха твоей семьи. Теперь моя семья получит все лавры и плюшки!
Я решила поддеть зазнавшуюся мадам:
– М-м-м, как жаль, что Вы не учли того, что гримуар работает только с браслетом и с тем, кто связан с ним кровью, как фамильяр.
– Я дождусь, когда у тебя не будет сил и заберу браслет, об этом можешь не переживать, деточка!
– Так как браслет на ней, то он рассыпается в пыль вместе с гримуаром, когда её сердце перестанет биться, – Еслисей Аристархович подошёл к решётке, – предыдущая Госпожа не сама ушла из жизни, её родовую магию уже пошатнуло. Глафира, нужно было хоть немного додумать план, прежде чем опаивать нас неизвестной гадостью и похищать! Такая взрослая женщина, а ума как у улитки!
Глафира хищно зашипела и придвинулась к решётке, именно это и было нужно магистру. Рука мужчины юркнула промеж прутьев и схватила женщину за воротник платья.
– Какая же ты напыщенная д. у. р.а! – Елисей Аристархович со злобой выплюнул слова ей в лицо, а после он пару раз дёрнул за воротник, голова Глафиры ударилась о металл и тело начало обмякать, – Ариадна, иди сюда! Ищи ключи!