Книга «Сахар со стеклом», автор — Мари Малинская (Маша Малиновская). — стр.21
Поэтому я решила не нервировать ни себя, ни Шевцова, тем более что последний был только за после моих заверений, что я и словом не обмолвлюсь его папочке.
Только лишь я вышла из автобуса, как встретила непривычно довольного Чагина.
– Привет, Яна, – растянулся он в улыбке, поправив пальцем съехавшие по переносице очки.
– Привет, Эдик. – Я тоже вежливо улыбнулась.
– А Ани сегодня на занятиях не будет.
– Да, я знаю, она мне писала вчера, – вспомнила я. – Кажется, какой-то конкурс по физике сегодня в первой гимназии проходит.
– Областная олимпиада, вообще-то. – Эдик глянул на меня так, словно я сморозила глупость, не отличив чёрное от белого.
Я пожала плечами.
– А можно я сегодня с тобой сяду? По химии, Елена Арнольдовна предупреждала, должна быть лабораторная, может, тебе помощь понадобится.
Что ж, Эдик заботился о друзьях как мог. Думаю, с лабораторной я бы и сама справилась, но не хотелось обижать товарища.
– Конечно.
Помощь Чагина мне на лабораторной и правда пригодилась. Глицерин и глюкозу распознать в пробирках с помощью реактива мне удалось и самой, а вот определить, в какой пробирке белок, никак.
– Вуаля, – победно сверкнул глазами Эдик, аккуратно колыхнув жидкость, ставшую ярко-фиолетовой.
На литературе и истории он тоже сел со мной, а потом куда-то ушёл на перемене. Мало ли куда, да и я рада была отдохнуть от него и беспрестанно сыплющихся на меня фактов из абсолютно разных сфер науки. Без Степановой мне было скучно, и почему-то жутко захотелось услышать Алёнкин голос. Стоя в коридоре у окна, я проболтала с ней всю большую перемену, даже на обед не пошла.
А когда вернулась в класс, обнаружила Эдика за другой партой. Он шмыгал носом, прижимая железный пенал к лицу.
– Эдька, боже ты мой, что с тобой случилось? – так и застыла я.
– Ничего.
Шмыг.
– Всё в полном порядке, Фомина.
Шмыг. Шмыг.
Не вызывало сомнений – с Чагиным что-то стряслось, а виноватой он считает меня. Вон даже отсел подальше.
– Да что с тобой? Покажи!
Я отвела его руку с металлическим, раскрашенным в яркие цвета с изображением героев аниме пеналом, и взгляду открылось красное пятно на скуле. Оно уже слегка припухло и стало отливать синевой.
– Кто это сделал? – ахнула я.
– Никто. – Эдик насупился, стараясь выглядеть сильным и независимым, но взгляд его непроизвольно метнулся к двери.
Я посмотрела туда же. Там стоял Шевцов и разговаривал с каким-то незнакомым мне парнем. Кажется, из параллельного класса. Друзья же его сидели за первой партой неподалёку и над чем-то негромко хихикали, глядя в экран смартфона.
Не знаю, как так случилось, но я вдруг подумала, что раз Ани нет, то я не хуже могу встать на защиту слабых. Эдик, конечно, был немного странным, малость навязчивым, но это же не повод бить его. Тем более если ты в два, а то и три раза его сильнее.
Глубоко вздохнув, я уверенным шагом направилась к Алексею.
– Ты, наверное, невероятно горд победе над слабым. Крутой способ заработать авторитет.
Я выпалила это на одном выдохе и замолчала. Шевцов прервал разговор и медленно повернул голову в мою сторону. Его брови в изумлении поползли вверх.
Внутри отвратно шевельнулся страх. Господи, зачем я это сделала? Возомнила себя защитницей, как Степанова. Только вот я не она. И дрожь в коленках это подтверждает.
Лекс не успел ничего сказать, потому что спасительным кличем грянул звонок, и вслед за ним в аудиторию вошла преподавательница.
Я сбежала за свою парту и сжалась в комок. Хотелось стать маленькой и неприметной, превратиться в точку, а лучше отмотать время назад, когда я ещё стояла в коридоре и болтала с Алёнкой.
Ему даже говорить ничего не надо было, я всё поняла по взгляду, окатившему меня ледяным огнём, по притихшим друзьям и той секундной, но такой напряжённой паузе.
Я и сама не понимала этого безотчётного страха перед своим сводным братом. И дело не только в его угрозах или обещаниях переломать мне руки-ноги. Меня парализует его взгляд, вгоняет в какой-то ступор, зарождая внутри первобытный страх.
Учителя на уроке я почти не слышала, хотя и пыталась вникнуть в особенности и различия политических систем и политических режимов. Внутри словно сжалась пружина, даже голова болеть начала. Пару раз на меня оглянулись Ирина с Инной, что только добавило напряжения. Шевцов устроит мне разборки, и это будет неприятно и стыдно. Его друзья осмеют меня, если не чего хуже.
Чего уж храбриться. Стоило только представить подобное, как по позвоночнику полз холодок. И во взглядах девушек было обещание.